Там, где моё место

Он проснулся посреди ночи в той же позе, в которой ложился спать. Казалось, всего мгновение назад Сабир закончил во сне проговаривать заклинание, которое теперь, конечно, отзывалось в голове полной тарабарщиной, — как вдруг открыл глаза, глядя прямо в окно. По стеклу барабанил легкий дождик, капли скатывались по ветке клена, образуя небольшой ручеек, слева от кровати уже собралась внушительная лужа. 

Ну прекрасно.

Сабир с кряхтением поднялся, закрыл окно и, стараясь не шуметь, спустился в большую ванную на втором этаже за тряпкой.

Из комнат не доносилось ни звука, а часы на стене показывали половину третьего. Темно было, хоть глаз выколи, но свет Сабир включать не стал.

Вытерев пол — не насухо, но сойдет, — он вернул тряпку и подумал, что за неожиданные ночные труды полагается вознаграждение. Так же тихо Сабир спустился на кухню, чуть не выругавшись вслух, когда из холодильника полился свет крохотной лампочки, в темноте показавшийся сверхновой. Сделав пару бутербродов с Нутеллой, он собрался было уходить, но заметил, что дверца нижнего шкафа неплотно закрыта.

 

Обычно Тереза держала кухню в идеальном порядке и уж точно закрыла бы шкафчик. 

Сабир зажал один из бутербродов во рту и осторожно приоткрыл дверцу. Из шкафа на него уставилась пара голубых глаз. Адель сидела молча, с ложкой арахисовой пасты во рту.

— Черт, ты меня напугала, — прошептал Сабир, откусывая наконец от своего бутерброда. — Как насчет уговора? Ты не видела меня, а я — тебя? Что скажешь? Ничего? Ну хоть моргни, если поняла.

Но Адель не ответила, а через секунду перевела взгляд за его плечо, и ложка выпала у нее изо рта. Сабир обернулся так стремительно, что весь извозился в Нутелле.

— Полуночный перекус, а? — негромко спросил Пьер.

Как ему, черт подери, удалось подобраться так близко в полной тишине?!

— Я, вообще-то, спускался за тряпкой лужу вытереть от дождя. Но подумал, что одно другому не мешает, — сказал Сабир, виновато улыбнулся и жестом предложил второй бутерброд. 

— Иди к себе, — отмахнулся Пьер и присел перед шкафчиком.

— Адель, мы же договаривались. Ты можешь есть, сколько хочешь, но в отведенное для этого время, хорошо?..

Но Адель жадно вернула в рот ложку и с силой прижала к себе банку ореховой пасты.

— Да что с ней не так? — шепотом спросил Сабир, не двигаясь с места.

— Иди спать, Сабир. — В голосе Пьера послышались стальные нотки, и он предпочел убраться.

На его взгляд, тут вовсе не из чего раздувать проблему.