Там, где моё место

Руки у него были бледные, с такой тонкой кожей, что сквозь нее просвечивали сосуды, и Сабир подумал, что такой коже много не нужно, чтобы почувствовать боль.

— С-случайно порезался. Но не говори, пожалуйста, Терезе, она поднимет панику и потащит прививку ставить от столбняка, — пробормотал Бобби на одной ноте и только потом поднял взгляд на Сабира.

Тот открыл рот, собираясь было что-то сказать, и тут же закрыл. Он-то думал, что наконец прижмет опекунов, найдет доказательства, что они не так добры, как пытаются казаться.

А след оказался ложным.

Впервые за долгое время Сабир почувствовал себя круглым дураком.

— И как это ты так умудрился? — только и  смог спросить он. 

Бобби посмотрел на него, как змея, готовая плюнуть ядом, и поднялся с кресла-мешка.

— Салат готовил. 

— И так увлекся? — покачал головой Сабир.

— Ты что думал, это Кэтчпоулы? — Бобби снова нахмурился. — Они что, по-твоему, маньяки какие-нибудь? 

Сабир развел руками.

— По-моему, они что-то скрывают, — он почти сразу понял, что зря это сказал.

Бобби покраснел от обиды и злости.

— Оставь их в покое! Я-то думал, ты нормальный, а ты, оказывается, такой же, как все эти придурки из футбольной команды — так и ищешь, в кого бы вцепиться!

И выпалив это, он вылетел из комнаты, хлопнул дверью, и даже сквозь нее Сабир услышал, как он бешено грохочет вниз по лестнице.

Что ж, очевидно, план провалился по всем статьям.

Бобби не разговаривал с Сабиром всю неделю и даже не думал менять выбранный курс. Молчал, как рыба, не передавал даже то, что просили Кэтчпоулы, а в школе проходил мимо, никак не подавая виду, что заметил его.

Сабир и не навязывался. Ему было чем заняться и без того, чтобы целыми днями пропадать на улицах в компании патлатых — он наконец запомнил название — эмо. Всю неделю он шпионил за Пьером, под разными предлогами спускаясь посреди ночи в гостиную или на кухню. В тишине ждал, пока глаза не привыкнут к темноте, а потом бродил по первому этажу, но так пока снова на него и не наткнулся.

В школе приходилось не легче. Разнюхав, что Сабир разбирается в математике, мистер Вотром теперь дергал его отвечать или решать у доски уравнения чуть ли не каждый урок. Да еще и ставил его в пример остальным. Сабиру не нужно было разбираться в тонкостях школьной травли, чтобы знать, как людей бесят сравнения с кем-то не в их пользу. И когда одноклассники поймут, что не могут выплеснуть раздражение на того, кто сравнивает, то выплеснут его на того, с кем сравнивают.