AYENA. Эпизод 3. Голос империи

Давай обниму!

- Платье! – Сафира судорожно огладила свой наряд – переливающийся перламутровой радугой, оголявший одну ногу почти полностью, струящийся. Размяла ноги, убедилась, что ничего не болит. Не подведет в ненужный момент. 

- Пресветлые в помощь, птичка моя!

- Напоминаю, что свой голос вы можете отдать за любого артиста. Сообщения бесплатны для абонентов компании «Страго и партнеры», для пользователей других сетей стоимость сообщения – один медный! А сейчас встречайте новую пару! Сафира Севан и ее куратор, хореограф имперского балетного театра Венсан Тома! 

Из колонок-порталов в зал осторожно поползли первые звуки композиции – Evanescence “Bring me to life”, и только что гомонившая многотысячная толпа замолкла.

 

Они не танцевали, они летали по сцене – Сафира взмывала в воздух, будто сила притяжения вдруг исчезала под ней, руки Венсана подхватывали – чтобы тут же бросить, оттолкнуть – подлететь, прижать к себе с неистовостью пылкого любовника. Его руки терзали ее тело, ее распущенные, мечущиеся волосы, он кружил ее, не отпуская, и она впивалась в него, как змея, обвивала ногами, прогибалась, и казалось, стонала от вспыхнувшей страсти.

Но тут же отстранялась, падала в изнеможении, чтобы снова броситься в объятья и кружить до умопомрачения…

Зал стонал вместе с ними. Зал ревел многотысячной глоткой. Пылающее сердце Джалана пульсировало в ритме безумного, кровавого танца, где двое упивались друг другом до нестерпимого желания растерзать друг друга.

И, когда музыка смолкла, зал тоже замолчал – охрипший от крика, ослепший от блеска, задохнувшийся от оргазма.

Артисты поклонились – и на сцену обрушился дождь золотых конфетти.

- Миллион голосов за четыре минуты!  – вопил ведущий, бросаясь на сцену. - Поздравляю, вы в финале! Дорогие телезрители, оставайтесь с нами – на шоу «Голос империи»!

*****

Сафира сидела на полу гримерки и ревела, как маленькая девочка, разбившая мамину любимую вазу. Венсан сидел рядом, прижимая ее дрожащее тело к правой половине груди, потому что левая – та, что ближе к сердцу, была занята.

Там примостился Флоран, все время тихонько стоявший за кулисами. Он тоже рыдал, обнимая вычурную фляжку.

- Сволочи! – заплетающийся язык ресторатора не слушался, но высказаться очень хотелось, - Я ведь поверил! Я вам поверил! 

- Слышишь? – Венсан расхохотался и ткнул Сафиру в бок. - Он поверил. Убедительно мы с тобой сработали, птичка моя. А ты не реви, - он еще крепче прижал к себе партнера. - И не ревнуй.