AYENA. Эпизод 3. Голос империи

Сафира без малейших стеснений скинула с себя халат и отдалась в руки костюмера, который споро надевал на нее концертный наряд: сверкающий черный китель, украшенный красными рунами, тонкие брюки и белые перчатки. Ко всему этому добавились легчайшие композитные «доспехи», а еще цепи и «крылья», которые крепились за спиной и по одному жесту распахивались. Они выглядели так, будто были сделаны из хромированного металла, но на самом деле легко гнулись во все стороны и были практически невесомыми. 

Остальные артисты облачались в форму – тоже черную, белую, зеленую и малиновую.

Всех их по очереди магистр обработал из пульверизатора тем же пахучим составом и осенил знаком пресветлых богов.

Когда подготовка закончилась, и довольный собой альв отошел в сторону, Венсан жестом повелел всем замолчать:  

- Господа артисты. Мы работаем с вами многие годы. Сегодня от нас зависит не только настроение зрителей. Не только победа в конкурсе. Но и судьба человека. Не буду просить вас стараться, вы это сделаете и без меня.

Я хочу, чтобы вы запомнили сегодняшний вечер. Чем бы он ни закончился. И я хочу, чтобы вы знали, вы моя лучшая труппа. Я бесконечно счастлив работать с вами. А теперь на сцену!

И, уже когда труппа пошла к кулисам, балетмейстер подумал, что получилось, конечно, пафосно – но и концерт не проходной. В зале сегодня был император. Весь высший свет Джалана. И десять тысяч простых зрителей.

Триединая империя, Джалан

Район Хеске, главный концертный зал

Маэстро Венсан не знал языка этой песни.

Он выбрал ее интуитивно. Не понимая, о чем поет женщина с красивым мелодичным голосом. Но чувствовал, что это оно. И когда попросил Сафиру перевести текст, мысленно кивнул – то, что нужно: 

«Это конец всем надеждам -

Потерять ребенка и утратить веру,

Покончить с невинностью

И быть кем-то вроде меня.

Это возрождение всех надежд -

Обрести, что однажды имели.

Не получив прощения,

Эта жизнь закончится возрождением».

И в смолкшем от предвкушения концертном зале зазвучали первые аккорды: Nightwish, End Of AllHope.

 

Первыми на сцене оказались артисты кордебалета – двенадцать человек в белой, черной и малиновой форме. С грозными выбеленными лицами, на которых софиты освещали кровавые пятна ртов и черные провалы глаз. 

Резкие, рубленые движения, которые только что казались хаотичными, сплетались в удивительно слаженный рисунок танца, где каждый из двенадцати стал частью единства.