Охота на Удачу

А значит, не так он страшен, как его малюют. От этой мысли Герка даже немного повеселел. Распрямилась спина, походка стала увереннее. Он даже не заметил, как лихорадочно натирает пальцами счастливый пятачок.

– Говорят, он раньше священником был, задолго до революции, – продолжала нашептывать Лиля. То ли уверенность Герки передалась ей, то ли рассказ успокаивал разыгравшиеся эмоции, но в голосе девушки почти не осталось истерических ноток. – Вообще-то никто точно не знает, сколько ему лет. Мне отец говорил, что от Некрополита еще дед наш бед нахватался, так что он реально старый.

Его сюда вроде как прислали учить коренное население любви и смирению. Помнишь, я говорила, что до «железобетонки» тут много чего было?

– Заводик какой-то, – Герка напряг память, – и церковь вроде.

– Молодец, внимательный. Церковь – это он вместе с прихожанами строил. Только место неудачное выбрал. Изначально здесь капище было, то ли вепсское, то ли еще чье. Когда до этих земель христианство докатилось, то всех шаманов на этом же капище и сожгли.

А они, хоть и безобидные люди были, но уж если проклинали, то без вариантов – ложись и помирай. На таких местах лучше вообще ничего не строить, но тут, блин, словно медом намазано. Полувека не проходит, чтобы здесь снова что-нибудь не выросло. И полувека не проходит, чтобы не вспыхнул пожар. Церковь была – сгорела. Завод был – сгорел. Цех – и тот сгорел. Здесь постоянно дым стоит, и жарко, как возле печки, сам наверное уже заметил. Говорят, местные Некрополита отговаривали, да только фанатик разве кого послушает? Первое время после постройки вроде хорошо все шло, а потом Некрополит спятил. Откололся от Церкви, основал секту имени себя любимого, объявил себя Спасителем…

– А эти? – кивнул Воронцов на конвоиров. – Его прихожане?

– А это, Гера, те, кому он обязан своим новым именем. Они мертвецы, Гера.

Желание бежать, неведомо куда, но бежать, лишь бы вырваться из этих удушающих мертвых объятий, вернулось, усиленное многократно. Его остановила рука – теплая Лилина ладошка, больно сжавшая плечо.

Успокоившая вопреки окружающему ходячему ужасу.

– Он тоже мертвый, Герка. Его убили тогда, сотни лет назад. Прознали, что он мальчишек содомил, и убили. Сожгли вместе с церковью.

– Содомил, это… – уже зная ответ, начал Воронцов.

– Да, это самое, – Лиля кивнула. – Не волнуйся, ты для него староват.

– Но почему же он тогда жив?

– Он не жив, Герка, он мертв. В нашем мире. А здесь… ты скоро все сам увидишь и поймешь.