Свалка времени

Болото закончилось перелеском. Остался позади путепровод над ровным, словно недавно построенным, шоссе. Наконец за поворотом показались трубы котельной и серые коробки трехэтажных домов.

Дрезина застучала на стрелках. Максим увидел, что рельсы обрываются у бетонного забора и едва успел потянуть тормозной рычаг. Наверное, раньше здесь была станция, но теперь от нее осталась только груда кирпичей.

- Слезай, приехали! – сказал Петровский и спрыгнул на остатки пассажирской платформы. – Коля, автомат мне! У тебя руки дрожат!

- Отдать оружие? Никогда… - процедил Фирсов.

- Я приказываю! Как начальник экспедиции!

Максим достал револьвер из кобуры и протянул его Николаю:

- Отдайте автомат, раз просит. Начальству виднее.

Фирсов удивленно поднял брови, но подчинился непосредственной и наивной простоте. Петровский осмотрел оружие, щелкнул предохранителем и пошел к проходной. Под тяжелыми ботинками захрустело битое стекло.

Глава 7. Тоннель

Поселок прошли без остановки. Максим хотел обойти несколько квартир, но Петровский глянул на часы и нетерпеливо выкрикнул: «За мной!» Доцент почти бежал, закинув автомат на плечо.

Едва поспевая за ним, Максим перескочил через бетонный блок у ворот металлической ограды и сквозь решетку увидел вкопанные в землю стальные купола.

- Ракетные шахты! – выдохнул Фирсов. – Откуда?

Никто ему не ответил. Петровский, не сбавляя темп, обогнул ограду и бросился через заросшее бурьяном поле. Далеко впереди блестела речка с переброшенным через нее мостом. В стороне от нее, в склоне пологого холма, темнело устье тоннеля.

- Нам туда, - сказал Максим.

- Откуда ты знаешь? А если мы не пойдем? Кто знает, какие там твари живут? – взвился Фирсов, размахивая револьвером.

- Мы тогда не успеем до темноты! – Максим вытащил из ножен штык-нож. - Да нет здесь никого! Расслабься. Только в боковые проходы не лезь.

- Откуда ты знаешь?

Максим пожал плечами. Неожиданно пришло полное, неземное спокойствие, словно в Зоне ему намного привычнее и уютнее, чем там, за периметром.

Наверное, так оно и есть. В городе слишком много мерзости и грязи. Здесь же все на виду, все честно. Или нет?

Фирсов заглянул в проем, поежился и сказал:

- Тогда я иду впереди. Здесь сначала пропадают последние.

Максим посмотрел на Петровского и уныло побрел вторым. Теперь он шел по тоннелю, по полу которого протекал ручей удивительно прозрачной воды. Мокрые стены светились призрачным зеленоватым сиянием, исходившим от растений, похожих на кошачьи глаза.