Свалка времени

Сталь оказалась холодной.

- Это как?

- В общем, если вы сейчас уйдете, то проживете очень недолго, - вставил толстяк. - Наши… гм… деловые партнеры достанут вас даже на острове Борнео.

«В Зоне они нас точно не достанут» - хотел было сказать Максим, но вместо этого произнес:

- А если я отыграюсь?

Оба игрока переглянулись.

- Твое право, - ответил блондин. – Что у тебя есть?

Максим пожал плечами:

- Только я сам.

- Игра на жизнь? – усмехнулся толстяк. – Смело. Проиграешь – будешь нашим рабом. Навсегда.

- По рукам! – кивнул Максим.

- Коряга! Стул! – крикнул блондин и достал из-под стола новый лист бумаги – расчерченную пульку. – Да спрячь уже эту дурацкую гранату! Мы же не беспредельщики!

Максим сунул гранату в карман и сел на место жены. Та устроилась напротив. Блондин объявил договоренности и начал раздачу.

Максим взял карты в руки и понял: никакой честной игрой здесь не пахнет: ему противостоят опытные шулера. Он не почувствовал, нет, он точно знал, что рубашка едва ощутимо надколота.

Еще Максим знал, какие карты на руках у соперников, какую игру заказывать, а, заказав, увидел единственную выигрышную цепочку ходов. Она, как пульсирующая огненная нить, протянулась из настоящего в будущее.

Началась игра. Раздача шла за раздачей. Карты, как живые, слушались Максима. За первую партию он отыграл жену и половину квартиры.

Толстяк изумленно уставился в расписанную пульку:

- Вот это везунчик.

Блондин словно очнулся от сна и щелкнул пальцами:

- Неожиданно. Продолжим?

Максим кивнул.

В новой партии шулера сменили тактику. Они начали откровенно и нагло мошенничать, подкладывая карты, что называется, «из рукавов». Максим, поняв это, лишь усмехнулся: для него не существовало неопределенности. Лишние карты не создавали новых, неожиданных цепочек ходов – Максим всегда знал, чем закончится раздача. И, пытаясь жульничать, шулера играли против себя.

Когда закончилась вторая партия, Максим глянул в пульку и выкрикнул:

- Стоп! Чужого мне не нужно!

Он отыграл свое.

Толстяк выхватил из колоды карту и протянул ее рубашкой вперед.

- Семь крестей! – презрительно сказал Максим.

На стол легла семерка треф. Глаза толстяка превратились в два ослепительно-белых шара. Казалось, они вот-вот выскочат из орбит и покатятся по столу.

- Этого не может быть! - завопил шулер.