Школьный демон. Четвертый курс

Форма Флер была пошита на заказ, подчеркивая каждое движение, не скрывая ничего важного, но при этом — дающая большое поле для воображения. В общем, в вейле не было ничего особенного… для того, кто способен преодолеть окружающую ее ауру соблазна, свойственную многим порождениям Той-что-Жаждет. Впрочем, до Сейлины, истинной демонессы Дворца Наслаждений ей было далековато. Но, тем не менее, большинство присутствовавших мужчин непроизвольно проследили за ее перемещением, а некоторые, вроде Крауча-старшего, сглотнули слюну.

Седрик уставился себе под ноги, и от его лица вполне можно было прикуривать. Похоже, он успел дать волю воображению, и теперь отчаянно стыдился этого. Глаза Крама приобрели отчетливо-маслянистое выражение… впрочем, понять это я смог только задействовав эмпатию, так как взгляда от Флер он не отрывал.

Олливандер принял палочку Делакур, «случайно» коснувшись ее пальчиков. Впрочем, прикосновение отнюдь не было вейле неприятно, и она поощрительно улыбнулась. Однако Мастер палочек оказался из крепкого теста.

Усилием воли он сумел вернуться к своим непосредственным обязанностям.

— Двадцать сантиметров, не гнется, розовое дерево, — он что-то пробормотал и охнул. — Всеотец Мерлин! — мелькнувший в моей руке шарик серо заметил разве что одобрительно кивнувший мне Дамблдор. Даже проповедник Постоянной Бдительности ничего не заметил. Впрочем, смотрел «Грозный глаз» в другую стороны, заставив меня непроизвольно погадать, является ли одежда — «препятствием, через которые видит волшебный глаз».

Надо будет попросить у мелкой Малкавиан соответствующий случаю химерический конструкт для одежды Миа. Или самому соорудить? Нет, пожалуй. А то Миа опять кровью отпаивать придется. Лучше Луна пусть займется. А я для нее Серебра не пожалею. — Содержит…

— Волос с головы вейлы, моей гран-маман, — продолжила прерванную Мастером фразу Флер.

Интересно, откуда Олливандер знает, что палочки с волосом вейлы получаются слишком темпераментными? Если «никогда не использовал их»?

С поклоном вручив вейле (а они, как и некоторые другие фейри никогда не бывают «пол-», «четверть-» и так далее: либо вейла, либо нет) букет орхидей, Олливандер вернул палочку, и присутствующие в зале мужчины снова сопроводили ее взглядами.

Следующим вышел Крам. Он был озлоблен на весь мир, и прямо-таки фонил этой злобой.

— Хм-м. Ежели не ошибаюсь, творение Грегоровича? — Олливандер внимательно осмотрел протянутую ему палочку. — Прекрасный мастер, хотя стиль не совсем тот, какой...