ОСВОД. Челюсти судьбы

— Доставай!!! И вали!!! Начальство отмажет!!!

Пистолет оказался в руке, а мы — в гостиной. И тут в спину ударил вопль обездоленного мужичонки. Голос у него не соответствовал задохлой наружности, — натуральная иерихонская труба.

— МУЖИКИ-И-И! ШУХЕР!!! РЫБУ СПИЗДИЛИ-И-И!!!

Сколько же их здесь было... На своем пути в кухоньку я видел лишь малую часть, а сейчас повылазили отовсюду. Даже дрыхнувших мертвецким сном пробудила и протрезвила кошмарная новость. 

Похватав, что подвернется под руку, они надвигались на нас.

В основном подвернулись пустые бутылки, валявшиеся здесь в сверхизобилии, и некоторые из них тут же обернулись розочками с хищно заостренными краями.

— Стреляй!!!

Выстрел! Второй! Третий!

Кархародон был очень зол, ему хотелось крови. Но та не пролилась — ни убитых, ни раненых... В потолок стрелял, гуманист хренов. Эх, надо было самому взять пистолет из сейфа!

Мучители Златы Васильевны на мгновение замерли, глядя на обвалившиеся пласты лепнины, на известковую пыль, кружащуюся в воздухе.

.. А потом бросились на нас.

Лишь тогда Алексей осознал серьезность ситуации и открыл огонь на поражение. Но все равно миндальничал, стрелял по конечностям отмороженных уродов. Кархародону очень хотелось освободить руки, занятые ношей, отобрать у него ствол и устроить здесь натуральную, без дураков, бойню. Чернецов не позволял: главное бутыль с содержимым! — и лишь двоим уродам, не успевшим убраться с дороги, от меня прилетело ногой.

Кое-как прорвались...

У машины, когда стало ясно, что погони не будет, Соколов сказал:

— Я немного обижался, что ты меня то Ротмистром кличешь, то по фамилии.

.. А теперь вот думаю: лучше б ты меня пореже Лешей называл. Потому что...

— Хватит философствовать! — перебил я (теперь действительно я). — За руль, живо! Из двора выедем, сворачивай не направо, а налево!

— Зачем?

— Так надо! Не тормози, стрельба не пьянка, менты быстро прискачут.

* * *

— Босс, Злата Васильевна у нас! Совсем плоха, на грани коллапса... Плюс тяжелейшее отравление гипохлоритами, почти сутки продержали в водопроводной.

Мы с Соколовым везем ее ко мне домой.

— Зачем? — процитировал он вопрос Ротмистра.

Для ЛБ объяснение «так надо» не прокатит, пришлось объяснить:

— А вы взгляните на часы и подумайте, где сейчас наши специалисты-медики. В пути, — по домам со службы едут. Пока их вызвонят, пока вернут обратно... А счет идет на минуты...

Он сообразил быстро.

— Думаешь, Нейя... А она сейчас сумеет?

— Ей не надо вспоминать умение исцелять.