Укушенная

Выдохнув, я снова попыталась понять, кто мог найти и забрать дневник? Двери комнаты мы никогда не закрывали, зная, что посторонних на территорию студенческого городка не пускают. Тогда кто-то из группы или комнаты.

Софи доказала, что это не она. Я ей верю. Тогда оставался один человек. Повернувшись на левый бок, я посмотрела на спящую Марию. Она дружила с Ширли. Только как понять и доказать? Не пойман — не вор. Поворотившись во сне, Мария улыбнувшись, прошептала что-то не внятное. Оставалось только хорошенько присмотреться к ней.

Утром меня разбудил настырный звон будильника. Самое трагическое оказалось в том, что звонил не мой. Софи и Мария часто просыпались рано, в то время как я любила поспать. Они уже вовсю наряжались, а я продолжала нежиться в постели.

Окончательно я проснулась, когда услышала их разговор о вечеринке. Это начинало злить не на шутку. Завистью с моей стороны и не попахивало. Так как знала, что ничего сногсшибательного не могла пропустить. Сколько себя помню, он всегда раз в месяц устраивал «мегакрутуювечеринку» Привыкаешь, хотя и ни разу туда не ходила.

— Как ты думаешь, что лучше надеть? — поинтересовалась Софи.

Приоткрыв один глаз, я посмотрела на Софи, роющуюся в вещах. Да она даже не знает точно пойдёт ли туда. Выбирая одежду, так словно знала, что пойдет.

Покосившись в мою сторону, Мария спросила:

— Она знает?

— О чём? — переспросила Софи, бросив на кровать светло-голубую блузку.

— О свидании.

— Зачем ей знать? — спросила она, стараясь не смотреть в мою строну.

Браво, подружка! Пусть думают, что она не доверяет мне свои тайны. Хорошо сыграно!

— Ты молодец, Софи, — шепнула Мария и чуть громче добавила:

— Вот это прикольная вещичка.

— Ты так думаешь?

— Угу.

Так-так. Пришло время просыпаться окончательно. Меня уже начало подташнивать от разговоров о вечеринки и одежде. Вот тут-то и зазвонил мой будильник.

Большая с маленькой буквы, так как с детства страдала худобой. В младших классах меня иногда дразнили доской или щепкой. Повзрослев, моё тело изменилось там, где были плоскости, появились округлости. Изменился голос от писклявого до приятного с хрипотцой. Софи, в шутку дразнясь, называла меня «парнем в юбке» На парня я не похожа не лицом, не фигурой. Она имела в виду мой характер.