Некромант города Москва — I — Пробуждённый

Он вообще не владел никакими умениями, так какое там “исцеление”? Это редчайший навык поддержки.

— Тц, – совсем не удивился Андрей, он и не ожидал положительного ответа.

— Я кое-что умею, — ухмыльнулся старик, — Но не рассчитывайте особо на меня.

– Говори, – нахмурился Андрей.

– Печать Боли — умение, которому научился годы назад. Позволяет отключать физическую боль. Но увы, этот навык я могу использовать только на самом себе.

Зрачки Андрея расширились. Если этот старик и вправду владеет одной из “печатей” и может накладывать их на себя, то возникает вопрос: что почему он подрабатывает носильщиком? Неизвестно, какой безумный гений придумал основу этого направления (скорее всего, это произошло случайно), но факт остается фактом: это путь демона.

И идущие по нему никак не могут быть ниже ранга C.

Печатей существует множество. И все они так или иначе позволяют избавляться от оков человечности. Чувств и ограничений. Запечатать можно было даже эмоции. Такие как жалость, сочувствие или лень. И одновременно с тем, замечен обратный фактор.

Чем меньше у тебя чувств, тем ярче оставшиеся. Гнев становится более жгучим, а ярость – разрушительнее. Потому вполне естественно, что воины, использовавшие “печати”, превращались в “монстров”.

Андрей спросил в лоб:

– Какой у тебя реальный ранг?

Но Самуил лишь печально улыбнулся.

– Сейчас я едва-едва сравняюсь по силам с D-ранговым. Но ежели напрягусь, может, и С уделаю.

“Подозрительно” -- пронеслось в голове Андрея.

– Но это сейчас, а раньше? – не отставал от него лидер.

Старик хмыкнул.

– Может быть, “B”, быть может, “A”. Кто знает? Тогда системы рангов толком не существовало.

“Бл*дство” – едва не скривился в лице Андрей, – “Из какой эпохи он вылез?”

– А что стало с твоей силой? – полюбопытствовала уже Анна.

– Запечатал. Но, кажется, мы ушли куда-то не в ту степь, – уклонился от ответа Самуил, – Сейчас совсем не время и не место для этого разговора.

Его слова словно вернули всех в реальность. К чаше, блюдам, комку плоти и толпе нежити повсюду.

Андрей на секунду прикрыл глаза и, ничего не сказав, вытянул одну руку над чашей. Другой же вытащил кинжал из-за пояса и полоснул лезвием по запястью.

Капли крови упали на дно чаши. Узоры на её стенках едва заметно зашевелились.

“Значит, делаем все верно,” – кивнул он самому себе.

– Присоединяйтесь.

Тут же без сомнений вспорола себе запястье Анна, а за ней и Самуил. Замешкался лишь Олег, взяв кинжал у старика.

Это оказалось так сложно – сделать самому себе надрез.