Дорога к мечте, или Третье правило кошек

 

Кот прошел в кабинет и потерся о ноги сидевшего в кресле хозяина. Тот наклонился и протянул руку, чтобы его погладить.

– Что ты, Бату, сегодня такой общительный? Мрр? – неумело попытался изобразить мяуканье человек.

– Мрря! – не стал спорить кот и боднул головой руку хозяина, как делал это уже много раз. 

Затем Черный подошел к хозяйке, читавшей книгу, и тяжело запрыгнул ей на колени. Лапы слушались уже с трудом, и кот понял, что времени у него осталось совсем немного. Хозяйка не сразу поняла, что случилось, а осознав, что на ее коленях добровольно лежит тот самый неласковый кот, который столько раз кусал ее за ноги и царапался при попытке погладить, широко расставила руки в стороны и закричала, захлебываясь от восторга:

– Смотрите, смотрите, Бату ко мне пришел! Сам!

– Ну что мы, кота не видели? – крикнул в ответ из кабинета папа.

– Он и ко мне приходил.

– А я посмотрю! – подскочила Ритка. – Ути, какой ми-иленький! Дай, я тебя тоже поглажу! 

Бату терпеливо подставил голову под девчоночьи нежности.

Дождался, пока восторги утихнут, и люди вновь займутся своими делами, а затем так же неловко спрыгнул на пол и вышел из комнаты. 

– Хозяина берегите, – давал Бату последние напутствия кошкам, – если слишком уж запечалится, приободрите и хозяйке помогите это сделать. Главное, чтобы он переезжать не раздумал – заново собраться осуществлять свои мечты будет намного тяжелее. 

– Да уж мы в курсе, – ответила Белая, но тут же осознала, что ее тон неуместен и извиняющимся (кто бы мог подумать, что она так умеет!) голосом продолжила, – конечно, Черный.

Не переживай, мы все сделаем, как надо. Легкой дороги тебе! И до встречи в новом рождении…

Бату молча кивнул. Затем поднялся и начал оглядываться по сторонам.

– Я хотел под кровать, а они ее… Что ж, поищу другое укромное место. Вы идите, идите, не нужно со мной стоять. Отвлеките хозяев, пускай они уж потом… заметят. А меня Небесная Хозяйка проводит, не заблужусь.

 

Кошки вышли из комнаты. Было тихо – Ритка играла в снежки на улице, а мама и папа о чем-то разговаривали в кабинете. Не найдя другого подходящего места, Черный спрятался под елкой, которую Ритка попросила не выбрасывать. Подполз поближе – силы уже покидали его, – уткнулся мордой в колючие еловые лапы и закрыл глаза. 

Черное тело дернулось и обмякло. Бату несколько мгновений провел в оцепенении, а затем почувствовал необыкновенную легкость.