Солнце из черного камня

Но он все сделал правильно, и теперь оставалось только ждать.

—Вызывали? — прервал его размышления мужской голос.

В кабинет вошли два санитара с носилками, следом за ними протиснулась Аннушка.

—Вы проходите, товарищи. Нужно немного подождать, должны подойти еще люди, и пойдем, — уклончиво ответил доктор, нетерпеливо поглядывая на дверь.

Через час доктор Сахаров, участковый Сидоркин с помощником и санитары с носилками быстрым шагом прошли по коридору подвала и остановились возле кастелянской. За дверью истошно кричал мужчина:

—Огонь! Мы горим! Откройте дверь!

Издалека доносились монотонные стуки ударов по чему-то плотному Второй мужской голос, сочный, громкий, повторял одну и ту же фразу:

—Сдохни, тварь! Сдохни, тварь! Сдохни, тварь!

—Надо бы пожарных вызвать.

— Участковый Сидоркин развернулся к помощнику. — Что встал? Выполнять!

—Есть! — Милиционер бросился бегом по коридору к лестнице.

Доктор помнил, что оставил дверь не запертой, схватился за ручку, но почти сразу резко отдернул руку.

Сама металлическая дверь, а вместе с ней и ручка, была раскалена. На ладони остался красный след от ожога.

Не обращая внимания на боль, Федор Ксенофонтович дрожащими руками из связки запасных ключей выбрал один.

—Держитесь, товарищ! — крикнул он. — Сейчас мы вас откроем.

В ответ на его слова из-за двери послышался злобный крик с характерным кавказским акцентом:

—Открой дверь немедленно! В тюрьме сгною, гад!

Глава 23 Перекрестный допрос

Павел, сцепив руки в замок, рассматривал полковника полиции Дерягина Василия Леонидовича и не понимал, почему тот медлит и не делает свою непосредственную работу.

Говорит на совершенно отвлеченные темы, не спрашивает ничего по существу дела и, главное, ничего не записывает. Заявление о проникновении в сторожку грабителя полковник просмотрел мельком и отложил в сторону.

Как это все понимать? Павел чувствовал тревогу и смятение. Может, он ненароком выдал себя? Нет, вся операция спланирована идеально.

Илья попался во все поставленные ловушки, и теперь ему не отвертеться.

Утреннее солнце падало на лицо охранника через окно и заставляло щурить глаза. Павел попытался отклониться в сторону, в тень, но ему это не удалось. Угрызений совести он не испытывал, потому что считал, что потратил немало усилий, чтобы решить вопрос мирным путем. Но эти придурки продолжали совать нос куда не следует. Вынюхивали, высматривали и хотели вытащить наружу тайну его семьи.