Солнце из черного камня

— Ну вот, можно ведь найти варианты, — обрадовался Денис.

Егор нутром почувствовал, что клиент заглотил наживку, и сел на своего конька.

— Вариант на самом деле отличный. Коттедж построен в соответствии с дизайн-проектом из дорогостоящих отделочных материалов. Полностью меблирован итальянской мебелью. Установлена кухня немецкого производства, она оборудована встроенной современной бытовой техникой. В цоколе есть сауна из кедра, тренажерный зал, прачечная, гардеробная для спортивного оборудования, комната для хранения продуктов.

Впрочем, что я рассказываю, если вам интересно, я мог бы показать его.

— Конечно, я готов поехать прямо завтра с утра.

— Значит, заеду завтра за вами в десять, не рано?

— Отлично, договорились, жду в десять. — Денис был полон энтузиазма.

Закончив разговор на позитивной ноте, Егор хмыкнул. Шикарный особняк, конечно, существовал, и хозяин действительно искал недвижимость в Испании. Сделка полностью зависит от того, подберет ли он что-нибудь за рубежом.

Сотрудничество с градостроительным департаментом тоже было не совсем ложью. Агентство «Загородная недвижимость» действительно подало документы на участие в тендере на получение заказа по расселению ветхого жилья, но надо было этот тендер еще выиграть.

Егор Шувалов не видел ничего плохого в том, чтобы иногда приукрасить факты для достижения нужного результата. Небольшая ложь была исключительно во благо клиента. Сегодня он вышел героем и в некотором роде благодетелем.

А завтра… Завтра будет завтра.

Глава 10 Строка в досье

Слева от компьютера, возле настольной итальянской лампы с матовым абажуром на стойке из состаренной бронзы, лежал роман Достоевского «Преступление и наказание». Старая книга, еще советских времен, обтянутая коричневым кожзаменителем, осталась ровно в том месте, куда положил ее отец. Рука потянулась к шершавой поверхности, и подушечки пальцев нащупали выбитые буквы, заполненные некогда золотой, а теперь грязно-желтой полустертой краской.

Егор не убирал роман на полку, потому что книга эта казалась ему тем краеугольным камнем, который закольцовывает всю композицию кабинета отца. Даже сдвинув ее невзначай, он всегда возвращал роман на законное место, словно подозревая, что разрушит тот вещный мир, ту основу, которая заботливо оберегает его.

За окном резко потемнело. Небо затянулось рыхлыми свинцовыми облаками, и первые капли дождя застучали по подоконнику.