Лемминги

Понемногу все они обнаруживали, что способны на большее, чем раньше, и оттого ощущали себя личностями с будущим. Поэтому преподавателя матэкономики с прыгучей фамилией «Титарев» любили все.

Сам Илья, принадлежа к бесцветным троечникам, радовался другому.

Он впервые видел такой неиссякаемый источник жизнелюбия. До сих пор его мир был наполнен либо непримечательными людьми, либо не людьми вовсе, а леммингами. Удивительно, что Илья вообще ухитрялся учиться: все его силы уходили на бесцельные переживания о незаметных зверьках, за которыми он лишь наблюдал, но никак не мог помочь.

Последней каплей было то, как одна неплохая, милая девчонка отрастила длинные такие коготки... На парах она лишь раздирала себе ими пальцы и шею, поглядывая на одного из студентов. С каждым днём она становилась всё более сгорбленной и негибкой, всё больше покрывалась пятнистой шёрсткой, и видел это один лишь Илья. Он знал, что чем дальше заходит дело, тем труднее леммингу измениться вспять. Он знал, что и на этот раз, как и много раз до того, будет лишь наблюдать — и, хочет он или нет, но увидит всё превращение.

А затем — то, что неизбежно происходит со зверьками после.

Наверное, Илья в конце концов превратился бы в лемминга сам, если бы в один прекрасный день Титарев не подозвал его к себе после занятий и не спросил:

— Что с вами делается в последнее время, молодой человек? Вы мне казались довольно жизнестойкой личностью, но сейчас буквально разваливаетесь на глазах.

Никому другому Илья не решился бы раскрыть свою странную тайну.

Запинаясь и захлёбываясь слезами, Илья стал выкладывать всё.

О том, что видит леммингов — людей, отказавшихся от жизни. Смерть в потасовке, из-за несчастного случая, от скоротечных болезней или вредных привычек. Они пьют или выкуривают по пачке в день. Они отказываются от лекарств или пренебрегают болью и усталостью. Бывает, их сбивает машина на дороге, потому что они не успевают увернуться: стоят и смотрят на неё, пока их шерстистое тельце не полетит от удара о лобовое стекло.

Со стороны казалось — небрежность, случайность, чужая вина. Просто стиль жизни... Да какой жизни, если их это убивало! Стиль умирания, вот что это такое! Илья был единственным, кто знал тайну: всё дело в том, что люди превращаются в зверьков, ведомых инстинктом гибели.

— Что это с ними, болезнь или проклятье какое-то? — всхлипывал он. — Я же им говорю...