Лемминги

Живите, говорю, почему вам настолько не хочется? А они отмахиваются, пальцем крутят у виска... Как об стенку! Сами же идут, идут, а впереди... Почему они не видят? Дальше у них только пропасть!

Профессор слушал на удивление внимательно и серьёзно. Затем он начал говорить сам:

— Знаете, не стану я расточать пустые утешительные слова. Проблема существует. Мне встречалось немало самых разных людей, и я полагаю, что в определённой степени знаком с тем, о чём вы говорите. Есть люди, которых течение в них жизни словно бы раздражает.

Жизнь кажется им мучительной, и чем больше они терзают себя этой мыслью, тем невыносимее она становится для них. Тогда они начинают вытеснять болью боль, становясь такими, как та собака, что лижет пилу и пьянеет от собственной крови. Отказаться же от этого им словно бы страшнее всего на свете. Почему так? Не знаю, но этот вопрос меня весьма занимает.

Тогда Илья, набравшись смелости, спросил, не видит ли случайно леммингов сам профессор? Он ответил не сразу, и так, что Илья в то время не понял.

Что-то вроде:

— Каким бы ни был человек передо мной, я всегда стараюсь видеть в нём только человека.

С этого дня они с профессором беседовали регулярно. Титарев дал Илье множество советов, первым из которых было: не пытаться в лоб разъяснять леммингу его положение.

— Бесполезно, друг мой, так их только раззадоришь. Такие люди как бы скрываются сами от себя. Их мортидо, словно преступник, ужасно боится разоблачения. Один мудрец сказал: «главная уловка диавола — сделать вид, что его не существует», из чего следует.

..

— Мортидо?

— Прошу прощения, отвлёкся. Об этом понятии ты можешь прочесть в... Куда же запропастился томик Фрейда? Кажется, опять не вернули.

— А, я понял, Евгений Витальевич! Лемминг не может осознать разницу между собой и человеком, это может сделать только человек.

— Весьма точно подмечено, юноша.

Угол в кабинете кафедры, где размещался стол Титарева, на время стал для Ильи вторым домом. Сюда он приходил после занятий, садился на краешек ободранного стула — и спрашивал, спрашивал.

.. Профессор предложил эксперимента ради выяснить причину страданий девушки и постараться переключить её внимание на что-то другое.

— Ведь в конечном итоге разве не то, чему мы уделяем больше всего внимания, определяет наш моральный облик? — рассуждал Титарев.

— А ведь правда, может сработать. Знаете, вот когда вместо кого-нибудь знакомого, даже кого хорошо знал...