По ту сторону окна

Жаль только, эти двое пели мало, их сменила скучноватая девушка с арфой, но перед Ксенией в эту минуту поставили сковородку с запеченой картошкой и мясом и она забыла про музыку.  Единственному бутерброду в животе было одиноко. 

- За встречу! - дядя Герман поднял кружку.

Тайные разговоры с Рыжим они, похоже, закончили, но Рыжий не уходил. 

- А мы — за знакомство? - предложил он. Ксения кивнула, хотя имен они друг другу так и не назвали. В конце концов, сон есть сон, формальности не нужны. 

- Давно переехала? - поинтересовался Рыжий.

За племянницу ответил Герман:

- Она в гостях. Дня на три. 

- По делу, или развлекаться?

Ксения фыркнула. Дома перед отъездом ее спрашивали почти теми же словами: «Отдыхать поедешь? Или дела?». Там можно было с гордым видом выпалить: «Научная конференция!», о том, что она — студенческая, Ксения уточняла не всегда. Но здесь, она понимала, эти похвальбы ничего не будут значить — вряд ли этим флибустьерам будут интересны тонкости старых языков.

Да и не хотелось сейчас об этом — о науке она будет думать утром, 

- Дела! - коротко отозвалась она. 

- Сейчас мы, как видишь, развлекаемся, - опять вмешался дядя, - слушай песню, хорошо ведь поют.

Пели хорошо, кормили еще лучше. Люди приходили и уходили, музыканты сменяли друг друга. Ксении было хорошо и уютно. От второй кружки надо было бы отказаться, но она постеснялась. 

«Во сне все можно!» - решила она и отважно отхлебнула тягучее черное пиво. 

Когда они вышли из кабака, мостовая плясала под ногами.

Луну в небе закрывали дома, а та, что в пасти у рыбы на вывеске, откровенно ухмылялась глядя на то, как старается Ксения держаться прямо. 

- Я тебя предупреждал, - вздохнул до отвращения трезвый дядя, - выбирай удобную обувь!

- Она удобная, - буркнула Ксения, - это дороги у вас неудобные. Откуда мне было знать, что ты меня затащишь в какой-то Зурбаган…

- Зурбаган должен быть севернее, - возразил Герман, - и больше. Скорее уж Гель-Гью.

Он подхватил племянницу под локоть и повел ее вниз по улице, к морю.

 

Рыжий шел рядом и отпускал какие-то шуточки. Расслышать их Ксения не могла, но, наверное, это было смешно, раз спутники хохотали. Из кабака они вышли втроем, но уже через квартал к ним присоединилось, по крайней мере, шестеро. В шляпах, плащах, при шпагах. Все как положено. 

На открытом месте стало немного легче. До набережной они так и не дошли, остановились на небольшой смотровой площадке.