По ту сторону окна

- Рассказывать?

- Угу! - в зеленых илониных глазах плясали черти, - допустим, ты — ненормальная и обожаешь гулять по крышам. Поэтому соглашаешься свернуть шею. Но ты  не удивляешься тому, что мы влезли в чужой дом. Вы что, все такие? Вся семья?

- При чем тут семья? - Ксения подняла платье с пола и теперь силилась вспомнить, когда и как она вернулась и переоделась. Пока прошлая ночь считалась сном, все было просто и понятно. А сейчас стоило подумать о том, в каком состоянии она переползала по карнизу из окна в окно, становилось дурно.

- Семья как семья, - буркнула Ксения, - все как у всех. Герман только…

Она запнулась, понимая, что сказать про Германа ей нечего. Все сплетни, которые волей-неволей приходилось слышать на семейных торжествах, меркли перед вчерашним приключением, да она и так не стала бы их пересказывать.  

- Я его не знаю, - созналась Ксения, - совсем. Вчера видела впервые за двенадцать, что ли, лет.

- Значит, все-таки, видела?

Ответа Илона не ждала. Она смахнула со стула наваленные штаны и рубашки, и теперь сидела, опустив голову.

Ксения сбрасывать вещи постеснялась, а больше сесть было негде, поэтому она просто прислонилась к подоконнику. Уже смеркалось, но до темноты было еще далеко, поэтому, наверное, моря не было. Были видны только крыши, небо, да еще кусочек двора. Там стояла вездесущая соседка  с метлой. 

- Я замуж собиралась, - заговорила Илона, - уже и с родными все обговорили, и в костеле назначено было, и девичник готовили.

И тут черт попутал! Ты не представляешь, какой был скандал…

- Представляю, - отозвалась Ксения.

- Откуда? Тоже со свадьбы сбегала?

- Нет. Просто из-за Германа в семье скандалы постоянно.

- А он что?

- Ничего. Просто не появляется никогда. Семья скандалит — а его нет.

Илона невесело рассмеялась. 

- Я так не могу. Мама до сих пор расстраивается. Как соберемся — начинается… Сама не понимаю, о чем думала.

Она решительно встала и сняла с вешалки одно из платьев.

- Идем, поищем твоего родственника. Одевайся.

Когда они спустились, уже было темно. А может быть здесь, как на юге, темнело раньше.  Илона, удивительно красивая в зеленом наряде, с мантильей, прикрывавшей роскошные кудри, скользила по улице плавно и уверенно, словно вообще не касалась мостовой. Ксения рядом с ней чувствовала себя принарядившейся коровой. 

В кабаке все было как вчера: рыба на вывеске грызла луну, музыканты настраивали инструменты.