Сердце Мира

— А разве дьяволы бывают? — я даже жевать перестал. — Это же сказки сплошные все! Ими детей пугают только.

— Какие уж там сказки! — Локки взмахнул куриной костью. — Они реальнее нас с тобой. Они у вас не появляются, потому что колдунов тут нет почти. А им магия нужна. Колдуны их всего семь штук насчитали. Да ты подожди, до тебя они тоже доберутся. Пообщаешься, тогда скажешь, сказочные они или нет.

Меня передернуло.

— Нет, это все тоже ерунда какая-то, — сказала Дита, вытаскивая из бутылки пробку. — Хотя я так вообще про ваших дьяволов первый раз слышу. Мне про них сказки не рассказывали в детстве. Слушай, Локки, а сам-то ты что думаешь? Ты единственный из нас с ними общался, мы-то только по твоим словам можем судить.

— Наверное потому и не думаю, что общался, — Локки потянулся за бутылкой. — Они тут что-то изобретают, мне кажется.

Только не как придурки-алхимики, которые пытаются из мусора золото сделать, а по-настоящему. И это что-то опасное и неприятное. Хотя... Не знаю я. Странная компания очень.

— Ладно, мы можем так голову до утра ломать, — сказала Дита, заворачивая остатки еды обратно в пакет. — Давайте спать, пусть нам истина во сне привидится. Кто там, дьяволы, говоришь, по снам нашим могут шастать? Вот пусть и нашепчут на ухо, сделают доброе дело.

Глава 14

в которой троица под видом обычных мирных селян прибывает в столицу, которая как раз празднует, и празднование это в самом разгаре. Народ пьян и весел. Стража довольна жизнью и счастлива, приезжих море, короче - всем хорошо.

Костерок прогорел и светился во мраке угольками, над которыми подрумянивалась безымянная птичка, сбитая Дитой по дороге. Сегодня я понял, что горы — совершенно не моя стихия. Даже джунгли с их пестрым однообразием не так меня выматывали.

А тут... Какое-то одно восхождение, невысокий перевал... А теперь мне стыдно смотреть в глаза Дите и Локки. Вообще-то сначала у нас была мысль пойти по тракту. А что? Документы у нас есть, одеты мы... так себе, конечно, но по эту сторону гор не осталось ни единого профессионального портного. Только было с трактом одно «но» — военный лагерь «Башмак».