Сердце Мира

Понятно, что это был не просто сон, и что он что-то должен значить. Но что теперь с этим делать? Бросать все и ехать в Озерный Двор? Бежать в библиотеку и искать, кто такой Лаон Готстар?

— Пророческие сны для мага — обычное дело, — сказал Локки. — Для их вызывания даже придумали специальный состав... Вроде бы его пьют, как микстуру, но я не знаю подробностей. Знаю только, что пророческие сны навевает один из дьяволов. И еще, пророческий сон отличить от обычного можно по какому-то оставленному на тебе следу.

Я посмотрел на свои руки. Кончики пальцев были обожжены, на одном набухал волдырь...

Завтракать мы решили в таверне. Не знаю почему. Но мне хотелось куда-нибудь уйти из этой комнаты, несмотря на кошмарную погоду за окном. Думать про свой сон больше не хотелось. Не хотелось гадать, что значит каждая фраза, думать, почему во сне мои друзья знали то, о чем в жизни не подозревали даже.

Я вообще не хотел сейчас думать о колдовстве и был бы очень рад, если бы именно оно мне приснилось, а в реальности ничего такого не было — никаких разжиганий костров мановением руки, голубых искр на кулаке и предчувствий чужой смерти. Возвращаться в Озерный двор я не собирался. И письмо под красной печатью ничего в этом отношении не изменит.

Таверна называлась «Еда», что было неожиданно и ново, потому что при таком названии не была модным дорогим рестораном. Нам подали яичницу с поджаренным хлебом, горячее молоко и сыр.

— Вот как мы поступим, — сказал вдруг Чарли. — Я сейчас пойду в «Сокровища и тайны», а вы все останетесь дома. Ну, или займетесь другими делами, как хотите. Я разведаю обстановку вокруг, оценю пути отхода и проверю, что там за публика собирается.

И есть ли вообще такое заведение. Для меня точно опасности никакой.

Я задумчиво кивнул.

— И пока я не вернусь, вы ничего не предпринимаете, — продолжил Чарли. Потом усмехнулся. — Вариант «если я не вернусь» рассматривать не будем.

Чарли поднялся со своего места, махнул нам рукой и ушел.

— Нам нужно оружие, — сказал Локки.