Стеклянное Рождество. Часть 1. Затянувшийся Сочельник

Я потом ещё выясню, откуда и как до тебя добралась эта информация. А пока могу сказать, что в своей теореме ты допустил ошибку. В самом же первом утверждении.

— Не понял, — честно признался Летов, прокрутив в голове свой пылкий монолог. — Это в каком смысле? Мне, знаешь ли, до главы отдела ещё пару сотен лет расти, и это если столько проживу…

— Да, здесь ты слегка хватил лишку, — Воин посмотрел на Летова снизу вверх, и тот понял, что до сих пор стоит, нависая над столом и собственным начальником. — Итак, теперь простыми словами.

Мне нужен помощник. В перспективе — заместитель.

Летов сел где стоял, и только небрежное движение ладони демона, повелевшее креслу сменить своё положение в пространстве, спасло седалище старшего оперативника от соприкосновения с паркетом.

— А как же Гаури? — ляпнул Егор первое, что пришло на ум, машинально подвигая к себе пепельницу.

— Я никогда не рассматривал Гаури как своего зама, — Воин выложил на стол портсигар и раскрыл его, предлагая угощаться. — Он прекрасный исполнитель, сильный шаман, что даст ему возможность стать уникальным сотрудником.

Может быть, учеников наберёт. Но он не годится на роль второго лица в моём отделе. Гаури слишком мягок и податлив в отношении чужой силы. Как и любой шаман, он ищет источник возможностей и крепится к нему. Любого сильного оперативника он рассматривает в первую очередь как того, кто преумножит его возможности. У меня был человек, которого я полагал возможным заместителем, но, во-первых, он погиб в прошлом году после операции в Луге — ты присутствовал тогда, хоть и не на Рубеже. А во-вторых, ты как управленец превосходишь его на две-три головы. Останься он жив, думаю, я рекомендовал бы его тебе в ученики. Со временем.

— Гвен, насколько я помню? — на всякий случай уточнил Летов, и Воин кивнул. — Я многое о нём слышал. По силам он, кажется, меня превосходил.

— Не сказал бы. Но у него был один крайне редкий талант: мальчик гасил Синее Пламя силой воли. Нам пришлось серьёзно перестроить систему борьбы с этой напастью, когда его не стало.

Егор знал, что такое Синее Пламя. В полузаброшенных деревнях и сёлах, а иногда и просто на окраинах городов, прорывы Рубежа как будто «фокусировались», и от этого, как от солнечного света на линзе, загорался огонь ярко-синего цвета, пожирающий всё, созданное человеческими руками. Ни траву, ни деревья, ни животных, помимо прирученных человеком, это пламя не затрагивало. От всего остального не оставалось даже пепла.