Стеклянное Рождество. Часть 1. Затянувшийся Сочельник

И захохотал, впитывая тепло солнца, ветра и земли, чувствуя, как с этих распростёртых рук падают с металлическим звоном тяжкие оковы. Он больше не боялся. Не боялся жизни.

Отсмеявшись, Линг поднял сакэ и допил бутылочку одним долгим глотком.

— Надо возвращаться, — сообщил он придорожному ковылю.

Растение согласно качнулось под порывом просоленного тёплого ветра. Мол, да, возвращайся, дружище. Завтра тяжёлый день, а ты и так уже набрался.

— Вот именно! — с лёгкой обидой в голосе парировал Линг. Всё-таки последний глоток был лишним.

Как это обычно и бывает в двадцать лет. — А наставник Фил не пощадит.

Так и случилось.

***

— Хвост! Ты лучше сразу со штандартами в комнату вламывайся. И с факелами. И с… м-м-м… медведями, к примеру.

— При чём тут медведи? — устало выдохнул Линг. Тренировка шла уже четвёртый час, конца-краю ей было не видно, а до результата было ещё очень далеко.

Варвар прищурил заплывшие жиром глазки:

— При том, что они топать будут громче тебя. А за широким волосатым задом ты сможешь отлично спрятаться.

Остальных, кстати, тоже касается.

Товарищи Линга по несчастью синхронно опустили головы и тяжко вздохнули. После того, как мытарства из подвалов перенесли в открытые комнаты, житья на тренировках по незаметному перемещению не стало вовсе. Прятаться под завалами — одно, а как ты спрячешься посреди лёгких ширм, которые насквозь просвечивает солнце? Да ещё украдёшь несчастную белую розочку из вазы в центре комнаты, на самом что ни на есть открытом пространстве.

И это издевательство, как и прежде, повторялось с каждым дарованным богами днём.

— Хвост!

— Собачий Хвост, наставник Фил.

— Хорошо, пусть будет Собачий. О чём ты думаешь, когда хочешь стать незаметным?

Роза понуро уронила лепесток. Ей тоже было жарко, душно, и она хотела, чтобы всё поскорее закончилось.

— О тождестве себя и пространства, — бодро отреагировал Линг.

— Слова верные. А вот души не чувствую, — наставник Фил скривился. — Ладно, попробуем другим путём. Ты когда-нибудь молиться пробовал?

— Ч-что?

— Молитва, тупица.

К богам обращался хоть раз в жизни? Или к единому Богу?

— Д-да, — Линг недоумённо поморщился, — бывало. В детстве, в основном. И потом… под пулями.

— Когда жить хотелось? — подхватил толстячок. — Прекрасно. А сейчас, мальчики, отойдите в угол: будем проводить эксперимент. Линг, цель помнишь?

— Роза.

— Именно. А теперь молись. Кому хочешь. Ты должен взять розу так, чтоб я не заметил. Не получится — умрёшь.