Стеклянное Рождество. Часть 1. Затянувшийся Сочельник

Так что же получается? Просто совпадение?

Светлов позволил себе лёгкую улыбку и всё-таки взял очки. Покрутил их в руках.

— Полагаю, что тебя, как и меня, друг мой, долгая служба в нашей организации научила одному простому факту: «простых совпадений» в нашем с тобой случае не бывает. Как и во многих других.

— Что-то я тупею, — признался начальник «Тройки» и сел на диванчик у стены. 

— Это эмоции, mon ami[3], — откликнулся Александр Евгениевич. — Тщательно подавляемые в течение огромного количества лет эмоции.

Так же, как их отсутствие у Нуарейн, излишнее их наличие у тебя не позволяет тебе мыслить здраво. С другой стороны, «здравый» подход к подобным событиям может лишь помешать. А потому, на правах твоего личного психолога и старого друга, советую послушать своё сердце и самому ответить на свой вопрос. 

Палач подозрительно покосился на коллегу.

— Странные советы ты даёшь нынче, — пробормотал он.

— Хочешь — сходи к Воину, он тебе скажет то же самое, — начал Светлов и осёкся.

— Воин мне сейчас может только лекцию о вреде служебных романов прочитать, — скривился Палач. — Вообще, скоро его отпустит? Я не представляю, что будет, если он задержится в этом состоянии надолго.

— Я тоже, — искренне сказал Александр и нахмурился. — Не уходи от темы, будь столь любезен.

Глава Третьего отдела глубоко вздохнул и прикрыл глаза, погружаясь в полумедитативное состояние. Его собеседник цыкнул зубом и резко хлопнул в ладоши, прерывая попытку вхождения в транс.

— Не так! — коротко произнёс он. Палач тряхнул головой.

— Чего ты от меня хочешь, в конце-то концов? — возмутился он. — Чтобы я сказал, что это мифический «второй шанс», данный самой судьбой? Так Тихе отсюда далеко, она на нас своего внимания не обращает… 

Светлов мягко улыбнулся и надел очки.

— У тебя всё, друг мой, или, возвращаясь к началу нашей беседы, тебе действительно предоставить справку о состоянии моей психики?

Начальник «Тройки» обалдело воззрился на сидевшее за столом существо.

Палач работал в Агентстве бездну лет, и всё же Александр Евгениевич не уставал удивлять даже его.

— Ты это серьёзно? — прошептал он.

— Прости, по этому поводу я не могу предоставить тебе официального документа, — пожал плечами Светлов. — Но когда рациональные и нерациональные теории заходят в тупик, остаются невозможные. Ты и сам это знаешь и регулярно повторяешь оперативному составу, как младшему, так и старшему.