Уникум 1: Тайная дверь

— Ты-то сам откуда знаешь? — подозрительно спросил Байков.

— Так у нас в начальных классах в книжках по родной речи все это было. Бабаи, шурале, дивы. И всякая херь подобная. Я в последнее время вообще начал с небольшим сепсисом относиться к любой услышанной информации.

— Скепсисом, — поправил его Байков.

— Я так и сказал! — возразил долговязый сосед.

— Ребят, помолчите, — я остановил назревающий конфликт. — Рамик, а скажи, пожалуйста: что это у тебя в руке?

— Телефон, — спокойно ответил тот.

— Связь только никакая, про три джи тут и не слышали. Да вы чего как дикие? Воскресенье же.

Друзья восприняли информацию по-разному. Мишка хлопнул себя по лбу и умчался прочь, а Байков не двинулся с места. Зато Димке хватило чести объяснить мне, в чем дело:

— Козлович в воскресенье раздает телефоны. Домой позвонить…

— В «Тик-токе» повиснуть, — встрял Рамиль. — Ну, и вообще. Только не вздумай ничего магического снимать или фоткать. Я так камеру угробил.

Я не стал дослушивать, устремившись вслед за Максимовым и чуть не сбив парочку благородных в коридоре.

Все же пришлось извиниться по этикету, не хотелось давать лишний повод вызывать себя на дуэль. Но в главный корпус я ворвался бегом, проскользив по начищенному полу. С некоторым содроганием промчался мимо почти незаметной двери, ведущей к бабаю, и нагнал Мишку уже на лестнице. Потому к Козловичу мы ввалились вдвоем.

— Стучаться надо, — холодно заметил тот, но нашу просьбу исполнил, телефоны отдал.

Мишкин оказался совсем дешевеньким, китайским, да еще с потрескавшимся экраном. Я же схватил свой и выскочил наружу, к главному входу с фонтаном. По одной простой причине: здесь почти никогда никого не было.

Гудке на четвертом стало немного тревожно. Утро воскресенья всегда представалось для дяди Коли днем отсыпным после субботних попоек. Все-таки завтра на работу. Поэтому обычно к обеду он очухивался, трясущимися руками опохмелялся и ложился спать дальше.

Но когда я уже потерял всякую надежду, то услышал знакомый голос:

— Алло…

— Дядя Коля, привет, это я!

— Макс, здорово, родной! Ты как там? Уехал, не звонишь совсем. Я хотел сам набрать, но не поверишь, телефон взял, а вспомнить, зачем, не могу. И так несколько дней. Давай, рассказывай.

Хуже всего было врать о своем «вратарском» будущем, на ходу вспоминая легенду Четкерова и невозможности объяснить, как все обстояло на самом деле.