13 участок. Чужак

– сказала женщина. – Ты не помнишь, что было в переходе?

            - Он мной командовал.

            - Ты идиот? – спросил усатый.

            - Он не понимает, - ответила за меня женщина, - в переходе между мирами, что было там? Хотя, уже понятно, что ты не помнишь.

            - Тебя взяли с собой чтобы перекусить, - хмыкнул молчавший бородач, - а ты не дался и даже смог…

            - Ему это знать не нужно.

– одернула бородатого непонятная красотка. – Но мы ему благодарны. Уильям, определи нашего гостя к делу, что явно его.

            - Это какое? – почему-то разозлился усатый Уильям.

            - Он остался жив в переходе и с демоном, - вздохнула моя доброжелательница, - как думаешь, чем ему заниматься в городе? Тем более, теперь он точно один из нас.

            Город оказался сразу в двух ипостасях.

Нью-Йорком тридцатых…вернее, что-то типа того. И Ночным, полным совершенно нечеловеческой жизни и ее представителей. 

            Та женщина носила имя Майан, входила в Ковен, тесный круг Других, ведьм и ведьмаков, представляющих людей в Договоре со Старыми. Мистер Уильям Каттинг заведовал СиКей, Службой Контроля, чертовой смесью ФБР, прокуратуры и спецназа, следящей за Договором и его сторонами.

Бородатого звали Карлом и больше мы с ним не виделись. Жаль, говорили, именно он смог справиться с Блэкстоуном, вывалившимся сюда. Дядька был одним из тех самых боевых магов, обычно почти не встречающихся. 

            А, да: как они разобрались в моей принадлежности к ним? Все просто. Я простой русский Лёха Воронин, заслуженный офисный манагер, к своим тридцати знать не знал даже английского. И, оказавшись в Ночном городе, понимал и разговаривал на общем, понимаемом всеми.

Вот такие дела. 

            Дальше все завертелось куда там центрифуге летчиков-космонавтов. 13 участок, стажер-патрульный, просто патрульный и, совершенно неожиданно, взбесившийся Рыжий Смитти. Бешенство Смитти вылилось в кровавый след, но тогда никто не понимал – кто его оставил. А я…

            Хренов Блэкстоун, оставивший на мне метку, явно оставил что-то еще.