13 участок. Чужак

– Настоящий восточный ковер. 

Я покивал с видом знатока, клятый лях все понял, расхохотался и поперся по лестнице вверх. Прозрачно-зеленоватая и очень красивая панна в высоком воротнике с жемчугом, выпорхнув из золоченой рамы, окаймляющей её портрет, знатно и сноровисто выругалась на польском. 

- А! – Межинский остановился и поискал на голове шляпу, забыв, что метко бросил её на вешалку у входа. – Моя прелестная тетушка, доброй ночи. Смотрю, изволите гневаться, ворчать и исходить ядом, несмотря на наличие гостя?

- Гостя? – красавица с воротником фыркнула, подняв тонкий и чуть курносый носик выше.

– Притащил в дом русского полицейского и рад. Честь семьи идет прахом из-за твоих купеческих замашек, а тебе все равно. Теперь вот якшаешься с москалями, как будто не хватило тебе того жида с Ракус! Неужели в этом Господом Богом проклятом городе не нашлось никого из приличной нации? Шведа… а, да, что это я? Итальянца, испанца, француза, да хотя бы проклятого немца, вместо русского и еврея?!

- На самом деле, Кроу, - повернулся Межинский, - моя тетя была очень прогрессивной даже для своего времени.

Несложно понять её нелюбовь к шведам, спалившим и разорившим половину Ржечи Посполитой к моменту несвоевременной и жуткой кончины тетушки, и тем более несложно оценить неприязнь к твоей национальности.

- Кроу, тоже мне! – фыркнуло привидение. – Воронин, надо полагать?

- Так точно, мадам, - ничего умнее выдавить из себя не смог, глядя на самый натуральный призрак, пусть и обладающий внешностью крайне привлекательной молодой женщины.

 

- Какая я тебя мадам, олух?.. – неожиданно проскрипела призрачная тетушка и, на крохотное мгновение, блеснула бледной смертельной маской вместо лица, кровавыми клыками и темными провалами глаз. – Черт с тобой, хлоп, проходи, располагайся, пей с этой свиньей, притворяющейся дворянином. Можешь называть меня милостивейшая княгиня. 

- Благодарю, милостивейшая княгиня.

- Издеваешься? – тетушка снова продемонстрировала весь богатый набор острых зубов, в этот раз покрытых уже подсохшим и бурым. – А хочешь, отправлюсь потом с тобой, прослежу где живешь и стану каждую ночь навещать?

- Прошу простить, не со зла.

- Смотри мне! – привидение нахмурилось и медленно протекло через лестничный пролет наверх. 

- Что поделать, - Межинский, все это время сдерживающийся, расхохотался.