Инкуб и оборотень. Хроники семейной жизни

 – Ты серьезно?! – вопль получился тоже сдавленным по одной простой причине – я старалась не смеяться. По меньшей мере, в открытую, чтобы не обидеть.

 – Нет, ты представляешь! – Валеру как прорвало. – Да, я получал замечания к моей работе, но чтобы такое!

Я сочувственно глянула на мужа. Если уж мой перфекционист признал, что его работа не идеальна и могут быть выставлены претензии, то дело швах. Действительно задело.

 – И что дальше было? – поинтересовалась я, наблюдая за мечущимся по комнате супругом.

 – Что-что… – тот остановился и вперился в меня темным, давящим взглядом. Я аж поежилась – от мурашек, бодро промаршивавшим по всему телу, похоже, даже с плакатами и выкрикивающими лозунги «Идиотизм не пройдет!», потому как ничем подобным претензию признать было нельзя. Следом за первыми побежали совершенно другие мурашки, явно надушенные афродизиаком, так что пришлось побыстрее сжать сложенные ладони между коленей – успокоиться немножко.

 – Майк меня вызвал, там был этот… – Валера проглотил прилипшее к проверяющему прозвище «крыса», – и попросил объяснить причины «неправильного имени в ведомости и всех документах, не соответствующих персональным данным».

Ой, что сейчас бууудет…

 – Он в школе не учился, что ли? – со скепсисом поинтересовалась я у супруга. – Все же знают, что настоящее имя инкуба не озвучивается ни при каких обстоятельствах, кроме единственного. А в школе всяким недоу…мевающим разъясняют причину.

 – Ага, – Валера, наконец, ослабил узел галстука – хороший признак.

– Но, как оказалось, недавно приняли циркуляр, согласно которому полное имя не только должно вписываться в формуляры, но и произноситься при представлении в официальных ситуациях. Вот к этому и выставили претензию.

 – Ой, мамочки… – ошарашенно пробормотала я в попытках представить весь объем последствий и готовая подхватить плакатики и лозунг у прошедших первыми мурашек.

  – Угу, – согласно кивнул муж. – Я не знаю, кто, как и при каких обстоятельствах принял подобный документ, и как Комитет его пропустил.

Не иначе как все находились в состоянии временного помешательства.

Комитетом по-простому называли организацию, назначение которой было присматривать за соблюдением прав всех рас и отсутствии межрасового ущемления. Ну и во избежание таких вот законодательных актов.

 – И что дальше было? – опасливо поинтересовалась я.

 – Что-что… – буркнул Валера.