Тотем Человека

Присев на край постели, я открыл банку – ссс-пок – спросил:

– Проветривала?

Она кивнула и заулыбалась:

– Все равно пахнет, да?

Тот, кто курит марихуану с детства, отлично контролирует себя под кайфом. Я так умею с алкоголем. Вы не заметите, что я пьян, пока я не дохну в вашу сторону. Или пока не упаду.

– Пахнет, да? – повторила Дина виновато.

– Ерунда, – сказал я, и Дина захихикала. Она смеялась дробно и часто, пока не кончился выдох, но и тогда она не перестала, продолжала высмеивать последние глотки воздуха из легких, сгибаясь над клавиатурой, кашляя, вытирая слезы, тряся головой и стуча кулаком по столу.

Потом она с хриплым стоном вдохнула, словно ныряльщик, и начала смеяться опять. Я перевел взгляд на телевизор, что журчал в углу. Как всегда, «Animal Planet». Других каналов Дина не признавала, да и этот-то включала для фона, для сопровождения своих странных медитаций. Она всегда была из Потока, сколько я знал ее. И всегда медитировала. Но раньше она перед практикой зажигала благовония, а теперь каждый раз, в обязательном порядке выкуривала косяк. «Animal Planet», как я понял, входил в рацион любого, кто исповедовал Поток. Я прикладывался к банке и глядел, как тревожные сурикаты выискивают где-то вдалеке невидимых врагов; как аллигаторы умело притворяются бревнами, похожими на аллигаторов; как невинные антилопы гибнут под ударами львиных лап; как элегантный жираф спит, свернув шею калачиком. И все это время Дина хихикала, то громче, то тише.

«Практики»... Вообще-то, я слышал о существовании каких-то ритуалов под общим названием «Тотем-о».

Собственно, про «Тотем-о» слышали многие хинко, но никто не знал, что это такое. Говорили, в начале прошлого века в Германии существовала группа добровольцев, которые разработали эту методику и опробовали ее на себе. У каждого была очень простая цель: усилить до предела свой тотемный дар. Сначала им везло. В группе оказались ученые – психиатр, историк и этнограф (кошка, волк и крыса). Они собрали и возглавили экспедицию в Штаты, где несколько лет жили среди аборигенов-тотемистов. Что они там делали, неизвестно. В Германию их вернула война. Везение закончилось: исследованиями заинтересовалось «Анэнербе». Работу засекретили, ученых перевели в закрытый институт, и больше о них никто ничего не слышал. А потом «Анэнербе» не стало. Говорили, что остались какие-то наработки, рукописи, результаты экспериментов; вот на этих-то крохах и выросли те практики, которыми сейчас занимаются Дина и ее соратники.