Под многими именами

Я сходила в хозяйственный магаз, купила металлический тазик, и, последовательно, страницу за страницей, сожгла все исписанные странички на балконе. Потом смотрела на пепел в тазике, хмурила брови и пыталась почувствовать мистичность момента и услышать звон разбитых кандалов у своих ног. Минут семь поприслушивалась, потом засунула тазик в пакет и выкинула в мусорный контейнер во дворе. Чтобы не объяснять никому из домашних, что это за закопченный тазик? «А это у меня ритуал не получился, ясно вам?» Так. Дневник сожгла, тазик выкинула.

Но было же еще множество тетрадок, блокнотов, ежедневников, записных книжек... Куда-то же я их все дела? Интересно было бы почитать сейчас... И погадать, что значат разные почеркушки.

Ветер скинул с меня капюшон. По мосту мимо меня протопала стайка лопочущих китайцев в одинаковых шарфиках. Темная вода в Фонтанке зарябила. «Домой? Холодно же?».. — я надеждой подумала я. «Рабы могут мерзнуть! — тут же огрызнулась сама на себя. — Пока не придумаю что-нибудь, домой не пойду!»

Да.

.. а если вообще не придумаю, то вернусь на этот мост и прыгну в реку.

Я вздохнула. Оглядела пристально еще раз прохожих. Ни одного парня, мужика или даже деда, несущего в левой руке пальто, не было. Еще бы, кто в ноябре будет ходить без пальто? Еще и капельницу за собой катать...

Ангел в пальто, фашисты и лучший в мире собутыльник

— Знаешь, ангел, по-дурацки ведь все получилось, — сказала я вслух. — Сначала ты мечтаешь, как станешь кем-то, примеряешь на себя длинное пальто и шарф, держишь под мышкой печатную машинку, а в зубах — мундштук.

А потом носишь пуховик, кроссовки, куришь самокрутки, а на печатные машинки смотришь только на блошином рынке.

Ангел, конечно же, молчал. Он сидел на спинке скамейки за моим правым плечом и грустно смотрел в свою бронзовую книжку, говорить статуям не полагается. Я всю жизнь пыталась изобрести для себя специальные сакральные места силы, приходя в которые я чувствовала бы.

.. что-то. Вдохновение, ностальгию, чтобы слезы наворачивались на глаза, в голове рождались рифмованные строчки... И мне ни разу это не удалось. Я пыталась превратить в такое место старый парк в далеком сибирском городе. С ним было связано множество романтичных воспоминаний, туда я уходила прогуливать школу, там встретила какую-то из своих первых любовей.