Пикник в зазеркалье

«Получилось несколько высокопарно, ну да ладно, я не Цицерон, главное научить их воевать», - подумал Андрей, а в слух сказал:

- Ну что? Поехали?... 

И уже обращаясь к психологу:

- Любовь Ивановна, они – Ваши.

- Товарищи, пожалуйста, послушайте, что я вам скажу… - начала женщина. 

Свиридов спрыгнул на землю и подошёл к Коневу:

- Василь Василич, после тестирования разбейте их всех на пары и пусть они змейкой по двум направлениям пройдут полосу, а затем после пятиминутного отдыха пробегут её на время; кто каким способом сможет, мне важен их результат и состояние после прохождения полосы препятствий.

А я пока пойду проверю состояние нашего оружия.

Проходя мимо людей участвующих в тестировании, Андрей обратил внимание на то, как все они сосредоточено слушают Любовь Ивановну, боясь пропустить хоть что-то из сказанного ею. Не ускользнуло от его взгляда и поведение других обитателей тренировочного лагеря. В их глазах светилась зависть к тем, кого выбрали для проведения испытания, но ни одного обиженного возгласа, ни одного обиженного взгляда.

Свиридов ободряюще улыбнулся и вошел в барак.

----------

Рогоза поднял глаза, в дверях, закрывая собой весь проём, стоял Герман Иосифович Фридман. Заместитель директора не выглядел особо рассерженным, лицо его было серьёзным, но в глазах горели весёлые огоньки. Первый после директора был довольно крупным человеком, и как большинство толстяков, не относился к числу зловредных представителей человечества. Поэтому Олег решил рассказать правду.

- Понимаете, Герман Иосифович, мне надо было срочно позвонить девушке, а телефон, предназначенный для разговоров с городом, оккупировали сотрудники нашего института.

И вот, проходя мимо Вашего кабинета, я увидел, что дверь не заперта, и вот… - молодой учёный поднял руку, всё ещё сжимавшую трубку телефона.

- Понимаю, охота пуще неволи, так что ли? – рассмеялся замдиректора.

- Да нет же, - смутился Рогоза, - мы с ней уже давно не виделись, работа, понимаете ли, вот я и решил позвонить и узнать как у неё дела.

- Ясно, любовь-морковь, и всё такое. Послушай, а она не твоя родственница, случайно? – вдруг нахмурился Герман Иосифович, - а то у меня был случай…

Первый зам осёкся на полуслове, увидев, как закатил глаза в немой мольбе его подчинённый. Все в институте знали грустную историю любви молодого специалиста по парапсихологии Фридмана Германа Иосифовича. Возвращаясь как-то с работы, он спас от голодной, злой собаки молодую девушку, пожертвовав единственным костюмом.