Шестеренки жизни

Сквозь ажурные розетки, вырезанные в парапете галереи, Ина видел противоположные башни и кусок внутреннего двора: зеленую крышу, чуть припорошенную снежком, темный силуэт флюгера с драконом на фоне зведного неба, закрытые ставни на окнах нижних этажей и голые стриженые деревья. Уже давно стемнело. Сквозь щели в ставнях пробивался тусклый свет, и слуги зажгли алые фонари, что словно большие яблоки висели на деревьях.

Внезапно на лестнице, по которой девушка и ее сопровождавшие ранее поднялись на галерею, послышались голоса: звонкий детский голос яростно спорил с голосом женским.

- Отстань! Я не буду его есть! Я уже съел три штуки сегодня!

- Витаминчики, господин. Доктор сказал вам нужно укреплять здоровье. Господин, не прыгайте по лестнице, расшибете коленку! 

- Могу прыгать и буду! Вот видишь! Я прыгаю! Прыг! Прыг! Прыг! Ой!

Послышался детский рев, и на галерее появилась дородная женщина в шелковом платье цвета дубовых листьев и мальчик лет семи в камзоле и бирюзовом бархатном берете.

- Надо слушать старших, - занудно заметила женщина, утирая батистовым платком пунцовое детское лицо. В сумерках платок показался Ине особенно белоснежным.

- Отстань! Отстань! Отстань! - Ревел мальчик, отпихивая руки няньки. Слезы оставляли темные следы на шелковой ткани юбки, замерзали на бардовом бархатном камзоле, расшитом крупном речным жемчугом и затканных серебром рукавах рубашки. 

- Ну не плачьте, господин…

- Отстань! 

- Хотите апельсин? Смотрите, какой он красивый! - Женщина протянула мальчику ярко-оранжевый фрукт.

- Не нужен мне твой апельсин! Это он во всем виноват!

Мальчишка выхватил апельсин из рук женщины и, размахнувшись, бросил об пол. Бок спелого фрукта треснул от удара, и апельсин покатился в сторону Ины, оставляя за собой капли сока. Тонкий сладковатый цитрусовый аромат разлился в морозном ночном воздухе. Крыс под одеждой завертелся. Стоило фрукту коснуться сапога девушки, как он, выскочив из-под полов куртки, проскочив по ноге и подбежал к апельсину.

Апельсин был спел и огромен. Не веря своему счастью, зверек замер перед фруктом. Апельсин! Целый апельсин! Маленькое крысиное сердце затрепетало. Кассий, насколько хватило звериных лапок обнял фрукт и обернувшись, заглянул в глаза хозяйки. Это же мне? Можно? Ведь можно? 

- Крыса! Здесь крыса! - Взвизгнула нянька, закрывая собой ребенка. От женского крика ребенок снова зарыдал. В то же мгновение лезвие меча, пронзив зверька, чиркнуло по мрамору.