Extensio

— Есть, — сказал Пат, не открывая глаз. — Но на них очень много подонков. Если бы у нас была машина, мы бы прорвались, возможно, но машины у нас нет. И та машина, которую мы слышали, скорее всего, уткнется в одну из баррикад. Не завидую я тому, кто ею управляет. Таких банд, как шайка Родика, там сотни. Если не тысячи.

— И много… ботов приходит в Пустошь через вот такие зеркала? — спросил Джим.

— На жизнь хватает, — хмыкнул Пат, открывая глаза. — И на стол таким, как Родик, тоже.

Но со мной безопасно. Главное, делать все правильно. Слушай меня. Сейчас нам придется пройти через логово уродов. Я там сотню раз проходил, но у меня кожа толстая. А тебе придется нелегко. Что бы ты ни увидел, держи себя в руках. Эта… Extensio — местами довольно гнусная штука. Может и выворотить. И это будет наименьшей из проблем.

— Но… почему так? — спросил Джим. — Для чего?

— Знаешь, как говорят в Городе? — спросил Пат, развязывая мешок. — Нельзя проникнуть в замысел игры, потому что нет никакого замысла.

— То есть? — не понял Джим.

— Все идет, как идет, — пожал плечами Пат, вытаскивая из мешка свернутое тряпье. — Что вырастет, то и вырастет. Говорят, когда умер создатель игры, все и полетело… в тартарары. Правда, я не знаю, где это место – «тартарары». Хотя, все, что связано с уродами, вроде бы не часть игры.

— А что же тогда? — не понял Джим. — Вирус, что ли какой?

— Может и вирус, — пожал плечами Пат.

— Хотя, вряд ли. Слишком умны эти уроды для вирусов. Но это не мои слова. Это Анна так считает. Держи.

***

Подготовка, как оказалось, состояла в том, что Джиму пришлось вытащить меч из петли на поясе и обмотать его тряпками так, чтобы сталь не давала ни единого отблеска, но, главное, не звякнула ни при каких условиях. Когда Джим справился с нелегким делом, Пат накинул на плечо петлю глевии, махнул рукой и пополз вперед, стараясь держаться южной стороны каменного гребня.

Они добрались до стены замка уже почти в полной темноте. Джим вслед за Патом протиснулся в узкую расщелину и понял, что он находится в огромном и очень холодном помещении. Причем почти сразу ему пришлось встать на ноги, потому как дальше можно было передвигаться, только выпрямившись.

Они оказались на узком карнизе, по которому можно было идти, но кое-где на котором с трудом помещалась только ступня.