Extensio

— И это ведро, кстати, уже четвертое.

— А где публика? — поинтересовался Джим, стряхивая с волос воду, сгибая и разгибая ноги и убеждаясь, что он и в самом деле отделался только временным помрачнением рассудка или потерей сознания.

— Изнывает за дверями заведения, — махнул рукой в сторону Ларри. — Уж поверь мне, приятель, эта слава тебе ни к чему. К тому же мы думали, что ты и в самом деле помер. Собственно мы так и объявили.

— Это ты думал, — не согласился гном. — А я сразу сказал. Дышит!

— Как ты уцелел после заклинания черной смерти? — спросил трактирщик.

— Да не знает он ничего о черной смерти, — отмахнулся от трактирщика Пат. — Он здесь второй день всего. Может, у него аллергия на это колдовство?

— На черную смерть? — принялся скрести пятерней затылок Ларри. — А на удар топором по шее у него случайно аллергии нет?

— Точно есть, — уверил Джим и посмотрел на Пата. — Что случилось-то?

— Ничего особенного, — пожал плечами Пат. — Просто ты убил огромного огра, которым запугивали эту и окрестные деревни, затем нокаутировал старшего эльфийского дружинного и вынудил эльфийского мага дважды применить колдовство, что автоматически отменяет все его претензии на окрестные земли.

И не только на год, а навсегда. И если кто-то скажет, что полутора сотен свидетелей, готовых поклясться в этом под воздействием заклинания правды, недостаточно, я буду готов представить видеозапись произошедшего. Да я в любом случае выложу ее в сеть!

— Где у тебя видеокамера? — прошамкал Ларри.

— Тебе только покажи, — скривился Пат.

— Видеомонтаж, скажет тот же Мексидол, — крякнул гном.

— Плевать, — ответил Пат. — Он так и не пришел в себя. Его унесли на плечах.

— Значит, огра мы порубим на корм собакам, — захихикал Ларри.

— Выходит, все хорошо завершилось? — спросил Джим.

— Как тебе сказать… — задумался Пат. — Думаю, что все только начинается. Но ты жив, и как-то пережил черную смерть, которая останавливает всякое движение жидкости в организме и от которой нет амулетов — это, скажем так, некий загадочный факт текущей действительности.

Но одно я могу сказать точно. У тебя теперь стало еще больше смертельных врагов.

— Так и друзей тоже! — засмеялся гном. — Вот скажи мне, приятель, чего ты хочешь?

— Есть, — признался Джим. — Я очень хочу есть.

— Кстати, — добавил Пат. — Ради твоей же безопасности будет лучше, если Епифаний будет считать тебя мертвым. Поэтому мы никого сюда не пускаем, и кормить тебя будем тайно.