Полярная звезда. Бездна над головой.

Однако начальника на месте не оказалось, а в его кресле сидел незнакомый мне коротко стриженый седеющий брюнет с непроницаемым лицом службиста, а рядом с ним — красивая рыжая женщина в строгой серой форме. “Наверное, так выглядит форма следователей” — подумал я. 

— “Здравствуйте” говорить не буду, нет у меня желания, чтобы вы здравствовали. Моя фамилия Суханов, я ИО начальника станции, полковника Плешко сняли с должности после ЧП. Это Анастасия Петровна, следователь. 

— В отношении вас, — официальным тоном начала рыжая, — возбуждено уголовное дело по статье УК РФ 105 часть вторая подпункт А, убийство двух и более лиц.

В связи с территориальным нахождением на особом режимном объекте следственные процессы, включая дознание, будут происходить здесь же, у меня и Павла Юрьевича Суханова есть соответствующие полномочия. Ознакомьтесь, пожалуйста.

Она подвинула ко мне какие-то бумаги.

— Как… двух и более? — свой голос я слышал будто со стороны, глухой, чужой, неживой. Пытаясь вернуть ситуацию под контроль и следовать составленному плану, я выпалил — Давать показания буду только после беседы со Свирским!

Глупо, бесполезно — краем сознания я это понимал.

Никто не обязан подследственному давать общаться с кем он пожелает, разве что адвокат мне положен точно. Наверное, поэтому они и хмурятся, что не обязаны мне давать видеться со Свирским, и сейчас откажут.

— Ты, ублюдок, его своими руками задушил, и привёз сюда. Ещё живым привёз, но через полчаса он умер. Это видели два человека: Николай Медведев и Светлана Яркова.

Оба дали показания. Забылось? — зло сказал новый начальник.

Сердце рухнуло куда-то в бездну, лицо охватил жар, а потом я потерял сознание.

Глава 5. Замок Иф.

Очнулся я с тем же привкусом то ли крови, то ли жидкой ртути во рту. И с широким мазком дерьма поперёк души.

Бывают такие пробуждения, когда трагизм ситуации настигает тебя не сразу. Вот ты проснулся, и в полудрёме, еще не открыв глаза, раздумываешь, пора ли вставать или всё же поваляться ещё и подождать будильника.

А потом рррраз — и вспоминаешь, что вчера было что-то ужасное. Похороны, например. Или не такое трагичное, но всё равно неприятное: к примеру, ты перепил и тебе предстоит сейчас извиняться за свой неприглядный вид или поведение. Или ты вспоминаешь, что тебя вчера уволили.

В такие моменты от утренней дрёмы не остаётся и следа, накатывает целый сонм неприятных чувств и ощущений — будь то обречённость, отчаяние, вина или всё вместе взятое.