Я — зеркало

— Она не понимает, что я от неё хочу и вообще, мне кажется, принесёт больше проблем, чем пользы.

Андрей разорвал тонкую бумагу, высыпав табак на раскрытую ладонь, и стал увлечённо перебирать песчинки с таким видом, будто важнее этого занятия сейчас не было ничего на свете.

— А то, что у нас мало людей, тебе не кажется? — Толик раздражённо следил за его манипуляциями с «лекарством». Дымова бы при виде такого расточительства инфаркт бы хватил, однако тот опять куда-то пропал — интуиция Толика просто вопила о том, что сегодня город потеряет очередного жителя и он, Толик, никак не сможет этому воспрепятствовать, потому что именно из-за его спешки они так глупо раскрыли своё местоположение.

Потому что Дымов понимает это и обязательно использует в качестве оправдания своей слабости. Потому что вчера Дымов «скурил» четверых, и Островский несомненно думает именно об этом.

Боль впилась в виски тонкими иглами. Брать на себя ответственность за те смерти всё равно, что сойти с ума. Они — неизбежность, необходимость — Толик устал себе это всякий раз повторять.

— Вчера она пробила твой блок, — Островский поморщился, отряхивая руки.

— Так это же замечательно!

— Скорее не пробила, а обошла, — проигнорировал его комментарий Андрей. — Всего пару дней назад он был для неё глухой стеной, и ты считаешь, что всё замечательно? У Карима нюх на такие вещи, не зря он ей заинтересовался.

— Карим обратился к девочке, потому что она была с нами. Он не мог её проигнорировать, — парировал Толик.

— Там было что-то ещё.

Он сам не понял, что, — поджал губы Островский.

— Но ты-то, конечно, понял, — Толик усмехнулся, но споро поднял руки в примирительном жесте — с Андрея станется обидеться на такую ерунду. — Она мне нравится. Мирная, тихая. И никого не убивает, в отличии от…

— Я понял. Только вот нужна она тебе не для того, чтобы хлопотать по хозяйству.

— Когда-нибудь всё закончится, — прошептал Толик, отворачиваясь. Ни он сам, ни Островский в это уже не верили.

***

— Когда-нибудь всё закончится… — Я затаила дыхание.

Глубокий вдох — долгий выдох. Вдох, и ещё выдох.

Свидетелем данного диалога я быть не собиралась: просто Лада устроила прятки, а искать её было некому. Конечно, можно было бы остаться на месте — рано или поздно, девочке бы надоело сидеть в своём убежище, но Андрей убедительно рекомендовал участвовать в подобных играх и воспринимать их, как тренировку. Возможно, когда-нибудь возникнет такая ситуация, и ни я, ни Лада не должны в ней потеряться.