Если бы я был вампиром

Правда, мысли зрителей почему-то услышать не удавалось. Но над этим я совершенно не задумывался: я просто расслаблялся. Как приятно ощущать своё бренное, но от этого не менее родное тело: двигать им, ощущать запахи, осязать. Всё-таки правильно говорят: что имеем — не храним, потерявши — плачем, но уже, как правило, оказывается слишком поздно. И как всё-таки хорошо, что для меня ещё ничего не поздно. Как прекрасна жизнь! После того как я долгое время был с самим собой наедине, после того как почти умер.

Я действительно понял, как мне повезло, что я одарён таким богатством, как жизнь. Причём в довольно неплохом теле. Хотя, конечно, надо бы над ним ещё поработать… но об этом потом.

— В мужчинах лишь одно достойно уважения… Что служат женщинам они без всякого стеснения… — насмешливо проговорила худенькая девица, судя по всему, заядлая сердцеедка.

Тут я бы не согласился. Хотя в чём-то…

Вот я, когда только выскочил из здания, в которое меня свезли, сразу увидел прелестное создание.

Хорошо ещё, что одежду успел найти. Охраннику она всё равно уже была не нужна. Да и не погнался за мной никто сразу. Некогда им было. Что-то там в лаборатории взорвалось. Уж не знаю что, но та-а-ак жахнуло. Я всего-то пару колбочек уронил, когда докторов недоделанных раскидывал. А тут ещё охранник прибежал… Кто же виноват, что, когда он меня ударил резиновой (резиновой!) дубинкой, его током шарахнуло. А может, и не током, но задёргался он, будто сунул два пальца в розетку.

Ну так вот, когда я вылетел, да-да, именно вылетел из здания, я оказался напротив театра. И так получилось, что я налетел на девушку, продающую билеты на вечерний сеанс. Мне просто повезло, что у охранника в кармане как раз нашлись деньги. И вот теперь сижу в театре и расслабляюсь. И почему я раньше в театр не ходил?

— Он без неё, иль без него она… кто б что ни говорил, а друг без друга… Их жизнь не будет радостью полна… Так стань же, женщина, счастливой ты супругой… — закончил рассказчик, и занавес начал закрываться под бурные аплодисменты.

Что, уже всё? Вот досада. Я так половину и пропустил. Слишком отвлёкся на свои мысли, да и на чужие тоже. Однако ж всё-таки тут есть о чём поразмыслить. Хотя моя многострадальная голова вместе с не менее многострадальным мозжечком начнёт болеть сразу, как только я задумаюсь о последних событиях.