Если бы я был вампиром

— Первая тренировка? Тогда всё понятно. Помню свою первую, я потом неделю компрессы прикладывал.

— Вы там занимаетесь?!

Вот уж удивительно. А с виду и не скажешь.

— Не занимаюсь, но пробовал, было дело, — ответил капитан, а потом задумчиво добавил: — Я вас тут ждал, чтобы разобраться наконец со странными событиями вокруг вас. Не внушали вы мне доверия, Виктор Михайлович. Да ещё с самого верха пришло указание ни в коем случае вас не трогать. Я решил вас тут подкараулить и поговорить по душам, тем более, что у подъезда нашёл вот это, — капитан показал мне довольно знакомые ключи.

Если честно, то я не думал, что настолько заинтересовал здешнюю милицию.

— Однако Мастеру Чину я доверяю. Он-то в людях разбирается и просто так учить бы вас не стал. Но всё же хотелось бы услышать некоторые объяснения. Например, откуда форма охранника? Неужели переквалифицировались?

Я немного помолчал.

— Это долгая и немного… странная история.

— И без ста грамм не разберёшься, — неожиданно заговорщицки подмигнул мне Лысько.

На том мы и порешили. Я забежал домой, полазил по завалам в комнате и взял остатки денег за батареей — целые двадцать рублей. Я про них вспомнил, пока лежал онемевший, я вообще много чего тогда вспомнил. В том числе и об этой старой заначке.

Потом мы с Алексеем Геннадиевичем (после первой мы уже перешли на ты) отправились в близлежащее кафе-бар.

Сказать по правде, фактов я мог предоставить не так уж много, в основном размышления и догадки, но после третьей из меня просто полились откровения.

Алексей был хорошим слушателем, не перебивал меня и не выказывал недоверия или скептицизма. Только иногда делал некоторые уточнения. Просто внимательно слушал. Ну… почти внимательно.

— Ну вот я и думаю. Что-то тут не то. Ну, заставил я этого мужика бросить пистолет и пойти с повинной к вам в контору…

— А! Так вот, значит, оно как. У нас весь участок ржал. Пришёл мужик, подписал повинную, дал показания.

Собственно, его и так разыскивали. Сам зашёл в камеру, а потом давай удивлённо глазами лупать и кричать, чтобы его немедленно выпустили и что у нас нет доказательств. Теперь всё понятно, — Лысько неопределённо хмыкнул.

— А когда ты зашёл, сказал, что соседку ограбили, — вспомнил я, — потом ещё выяснилось, она имеет какое-то отношение ко всей этой катавасии. Хотя я сам ещё не очень представляю какое.