Если бы я был вампиром

Лане и Чижу ничего не оставалось, кроме как отправиться за мной следом.

По пути нам пришлось расталкивать спешащих туда же поэтов. Видимо, им тоже захотелось зрелищ. И вправду, на моём веку тут только один раз была такая буча, и это было как раз тогда, когда Хаз получил в нос, а я в самый опасный момент тихо и мирно потерял сознание.

Наверху творилось чёрте что. Весь народ столпился в кучу. Пока мы пробирались через толпу, я успел услышать и крики «бей его», и задумчивые споры на тему «особенности ямба», и даже почему-то всплывшее моё имя.

Видимо, опять Хаз развлекается. Вообще-то он доброй души человек, но уж очень быстро заводится и иногда не может совладать с нравом, впитанным ещё с хуками и апперкотами, которые он получал в советской сборной по боксу с раннего детства.

Едва пробившись через толпу, мы увидели Хаза. Он с кем-то горячо спорил на какую-то, судя по всему, спортивную тему. Тему разговора можно было угадать легко, он что-то усиленно объяснял кому-то небольшого роста (даже по сравнению со мной, а уж про Хаза я вообще молчу), дополняя свои речи красивыми и быстрыми движениями профессионального спортсмена: хуками, апперкотами и другими рукомашествами.

Народ наслаждался зрелищем и ждал продолжения. Мы втроём пробрались поближе и тоже принялись наблюдать за дальнейшим развитием событий.

— …Ты не понимаешь, один удар профессионального боксёра — и любой твой худенький мастер ушу не встанет.

— Прости, но кто сказал, что этот удар достигнет цели? — спокойно произнёс тщедушный человек.

Он стоял ко мне спиной и, к сожалению, я не видел его лица.

Интересно, он что, самоубийца?

— Прости, а кто сказал, что удар будет один? Их будет много, и уж один-то достигнет цели, — горячо утверждал Хаз.

— Хм… Между прочим, есть ещё ноги, которыми боксёры не пользуются. Достаточно одной подсечки — и всё, мясная туша, именуемая боксёром, сидит, пардон, на заднице.

Произнося это, он всё-таки повернулся ко мне лицом.

Лицо у него было восточное, но с русскими чертами. От него прямо-таки веяло спокойствием и уверенностью. На долю секунды я даже поверил, что достаточно одной подсечки, чтобы уронить тушу, именуемую боксёром. Правда, всего на секунду.

— Это такая худенькая балерина-то, — Хаз скептически смерил взглядом собеседника, — уронит профессионального боксёра? А здоровья хватит?

— А при чём тут здоровье? Тут важно не здоровье, а умение.