Дело о неприкаянной душе (Адская практика)

— Не извольте беспокоиться, Монтирий, ошибка будет исправлена. Мы вернем душу того человека. Вы ведь понимаете, бюрократизм. Ну, ошиблись ребята немного. Не того схватили.

— Я, надеюсь, мне возвращаться не придется?

— Да что вы, Монтирий! — В интонации же администратора явственно прозвучало: не дай боже! — Все сделаем.

Тут я решил, что должен рассказать о гуляющей по коридорам душе. Мне бы молчать в тряпочку. Какое, собственно, мне было до той души дело? Пусть ею занимаются те, кому положено. Но, как я уже говорил, будущее я знать не мог.

Я вежливо покашлял, привлекая внимание, и рассказал о встрече. Однако администратора мое сообщение не заинтересовало. Зато заинтересовало дядю. Он вопросительно посмотрел на толстячка. Тот только рукой махнул.

— Ну, да, есть такая. Третий день уже тут по коридору мотается. Неприкаянная душа. Никак не определится, куда ей: к вам или к нам. Да и что-то на Земле видать ее держит. Иногда и туда возвращается. Надоела уже хуже молитв грешников.

Если бы не договор с вами, крылатыми, давно бы уже развеяли ее.

Дядя как-то странно посмотрел на меня, хотя ответил администратору:

— Только попробуйте ее развеять. Я вам тогда такие неприятности обещаю… — дядя многозначительно замолчал, а администратор сглотнул.

— Да не думаем мы никого развеива… э-э…

Дядя жестом заставил его замолчать и опять посмотрел на меня.

— Когда у тебя начинается летняя практика?

— Э-э, — я начал старательно изучать потолок. — Вообще-то завтра.

— И ты уже выбрал себе задание на практику?

— Ну, дядя, я не виноват, что мне ничего…

— Я так понял, что нет. Отлично. Считай, что я тебе практику нашел. Ведь уважаемый администратор не откажет мне в небольшой просьбе?

От его тона администратор покрылся потом.

— Да как можно, уважаемый Монтирий… только у нас не самое лучшее место практики для мальчика…

— Да что бы я отправил племянника на вашу живодерню?!! — возмутился дядя. — За кого вы меня принимаете?! Я говорил о другом.

Пусть мой племянник займется этой самой неприкаянной душой.

Упс.

— Но, дядя!!! — возмутился я.

— Что «дядя»? Ты хочешь на второй год остаться? Или у тебя есть какое-то другое предложение?

Других предложений у меня не было. Пришлось заткнуться. Тем более наш классный руководитель ясно дал мне понять, что если я до завтра не определюсь с практикой, то он выставит мне неуд.

— Так вот, — продолжил дядя. — Пусть мой племянник все выяснит об этой душе.