Доля ангелов

всю ночь напролет просидели мы с Василием Васильичем, — он кивнул на кота, — проговорили....— Проговорили, — вздохнул чиф. — С котом.— Я ррредкий, — с достоинством проговорил кот Василий Васильевич, — говорр...мррр...мящий кот. Мой прапрадед по цепи ходил.— Песнь заводил и сказки говорил? — уточнил старпом для ясности.— Так точно, — ответил кот. — А у мррр...меня тяга к моррю. С малых лет.— Понимаю, — сказал старший помощник. Нагнулся, и поднял подкатившийся к ногам плетеный шарик. — Это, кажется, ваше. Кот ловко цапнул шарик когтистой лапой и положил его рядом.

— Думаю, сработаемся, — невозмутимо заключил капитан, глядя на это, и положил судовую роль в небольшой капитанский сейф.— Я тогда попозже зайду еще, — сказал Валерий Михайлович и повернулся к двери. Подумал, держась за ручку, и снова обернулся, поглядев на кота, в ответ получив вопросительный взгляд круглых желтых глаз. Старпом порылся в кармане и достал оттуда лазерную указку. Украдкой показал коту. Корабельный кот вздохнул и помотал головой. Чиф тоже вздохнул, понимающе кивнул и указку спрятал обратно в карман.— К отходу готовы, — сказал он. — Команда в сборе, груз проверен и закреплен. Боцман с докладом сейчас будет.— Михалыч, нам юнга нужен? — неожиданно спросил кэп. Старпом крякнул и неопределенно повращал в воздухе указательным пальцем.— Тоже из котов? — спросил он.— Ну не из людей же. Нам по списку экипажа юнга-человек не положен.— Ну, если кот смышленый... — осторожно ответил чиф.— Смяушленый, — согласно кивнул кот. — Я гарррантирую.— Тогда можно. Я еще у стармеха спрошу. Или вон, буфет жаловался, что ему помощник нужен, а то рук не хватает.— Нахальства, зато хватает, — буркнул капитан, и пояснил коту:— Буфет — это у нас так стюарда называют, который помощник кока.— Я понял, — сказал Василий. — Но лучше юнгой.

 — Всенепременно, — согласился капитан. — Молоко будешь, Васильич? Старший помощник аккуратно прикрыл за собой дверь капитанской каюты и пошел по коридору. Только сейчас он понял, что похмелье прошло, как и не было его.

Случилось это как раз после того, как чиф пожал лапу корабельному коту. «Ишь ты, — подумал он, — наукой необъяснимый факт!» Он спускался по трапу, крепко цокая каблуками и размышлял о том, что теперь и на «Янтаре» есть свой кот, да еще какой — говорящий! Почему-то от этой мысли Михалычу становилось как-то теплее на душе. Хотя с чего бы? Ну кот и кот, обычное дело. На палубу чиф вышел, широко улыбаясь.