Море Имён

Я, наверно, привыкла, что Яся ходит в походы, и мне казалось, где-то глубоко внутри казалось, что он всё ещё в походе и однажды вернётся. Вот я и тосковала... не очень сильно. А как замуж вышла, стала жить с мужем — каждая мелочь, каждое слово напоминает, что это не он, что его больше нет... Лёва меня любит, он всё терпит, но я и сама понимаю, что нельзя так.

— Мама, зачем ты за него вышла? — тихо спросил Алей. — Ты же его не любишь.

— Ах, сына... — она прикрыла глаза, — налюбилась я на своем веку. Это ведь больно, милый, очень больно, особенно когда.

.. вот так потом... Пусть теперь меня — любят.

Алей ничего не ответил.

Обратно они шли молча, и только у самого подъезда Алей спросил:

— А как Иня?

— Иня на классный час пошёл, скоро придёт, принесёт отметки... Ты знаешь, Лёва сказал, что он сорвался и больше так не будет.

— Кому сказал?

— Мне.

— А Инею?

— А что? — удивилась Весела, — Иня маленький... Знаешь, тут и я виновата. Я всё время перед Лёвой о Ясе рассуждала, довела человека до трясучки, а тут вдруг Иня ту же песню запел.

.. чужой ведь сын, пасынок, Лёва старается ему отцом быть, и вдруг такое отторжение.

Алей помрачнел.

— Он извинится?

— Кто?

— Лёва. Перед Инькой.

— Ты что, с ума сошёл, — мать заморгала от удивления; веки у неё были припухшие, глаза покраснели от недавних слёз. — Взрослый человек, должен быть авторитетом...

— Понятно.

«Я ничего не могу сделать, — Алей впился ногтями в ладони. — Раньше мама такой не была.

Это она Шишова наслушалась, или бабок каких-нибудь в церкви... авторитет. Тьфу. Чтобы папа об авторитете рассуждал — представить не могу. Ему это надо не было. И Воронову не надо, хотя он-то как раз авторитет... Тут есть только один выход. Нужно каким-то образом раз и навсегда закончить дела с Вороновым. А потом забрать Иньку к себе».

— Алик, — сказала мать, отпирая тамбур этажа, — а ты не хочешь всё-таки пообедать? Скоро Иня из школы придёт, можете вместе пообедать, учёбу обсудите.

Ты ведь у меня отличник, медаль бы получил, если б в экстерн не пошёл, а Иня что-то...

— Нет, — ответил Алей, — нет, спасибо. Пойду я, мам, может, ещё в институт успею.

— Вот, — заулыбалась та, — узнаю моего Алика.

Алей натянуто улыбнулся: он врал. Сегодняшний день он собирался посвятить поискам фрагментов кодовой цепочки для Воронова.

— Мама, — предложил он, — я вижу, тебе сложно... может, тебе к психологу пойти? Он что-нибудь скажет, поможет...