Вдоль распаханной борозды

— Так что там с вашей коровьей смертью? Кроме того, что в отчете значится.       

— Да погоди-то про работу, — Валентин досадливо поморщился, — сейчас Лидуся чаю сообразит, потом поговорим. Дурное это дело — в обед работать.       

— Обед? — Станислав недоуменно моргнул и покосился на часы — стрелки показывали час дня, самое начало обеденного перерыва в любой уважающей себя государственной организации. Вот только он отчетливо помнил — вокзальные часы тоже отбивали час.

      

— Тут всегда обед, — Валентин философски пожал плечами и вдруг расплылся в такой улыбке, что Стас сразу понял — вот эти каблучки, застучавшие за спиной, и есть та самая Лидуся.       

— Добро пожаловать в Изборск! — Лидуся сверкнула фирменной улыбкой и расставила на столе крепкие деревянные кружки. — Что-нибудь к чаю?       

— Спасибо, не нужно, — Станислав покачал головой и принюхался к содержимому чашки — за отчетливым травяным запахом чайный аромат совсем не различался.

      

— Зря ты так, — Валентин неодобрительно покачал головой, а Станислав как-то очень отчетливо ощутил — не получится: начавший было налаживаться контакт растворился, а с ним шанс узнать хоть что-то не вошедшее в официальное дело. Но неформальные отношения с коллегами никогда не были его коньком. Это с родным отделом Станиславу еще повезло, а вот раньше, в Петербургском управлении…       

— Домой хочется побыстрее, — Ленски виновато развел руками.

      

— Ну, читай, только ничего интересного там нет, — Валентин открыл высокий несгораемый сейф, дико смотревшейся в обстановке кафе, и положил перед Станиславом пухлую папку.       

Коровья смерть всегда считалась нечистью мелкой и несерьезной, а ритуалы по ее изгнанию входили в общий список, который назубок знал любой участковый экзорцист. Проводили их по необходимости когда придется, а для профилактики — аккурат в середине февраля, на Агафью.

Казалось — ничего, что могло бы потребовать вмешательства оперативников аж из самого райцентра. Но изборская коровья смерть оказалась особенной, стандартным ритуалам неподдающейся. Впервые о ней в Nске услышали еще год назад, когда начался массовый падеж скота по всему Изборскому району. Тут-то и выяснилось, что во время февральских ритуалов какая-то тварь сбежала из ограждающего круга.