Друзья и родственники колдуна Николая

Отзовись, отзовись, смерть-матушка, ответь колдуну... Тихо спи, покойник, в земле. И вы, диски серебряные, успокойтесь, и ты, золотая звезда... Свой я, хоть и от иной силы. Не враг, не зевака прохожий — союзник. Подруги дорогой правнук, сестры по оружию...

И тут хватает меня за плечо Серёженька, чтоб ему икалось!

— Коля! — задыхается, — Коля, что с вами? Вы в порядке?

Только живого клирика на загривке мне сейчас не хватало! Не сдержался я, послал его так, что аж отшвырнул, и летел он, пока не затормозил о соседний памятник.

Думать же надо, что делаешь, когда ты на кладбище рядом с некромагом! и кто ты вообще в этих обстоятельствах...

Разозлился я сильно.

Поднимаюсь на ноги, шатаясь. Небо с облаками в глазах пляшет. Серёженька в стороне извинения лепечет. Я дышу кое-как, пытаюсь собраться с мыслями. На третье прикосновение меня сегодня не хватит. Как я за руль-то сейчас сяду? Был бы я один, доверился бы машине, но она от близости Светлого теряется, трюки выученные забывает.

Проблем от Серёженьки!.

.

Ладно. Главное я узнал.

Одну кость забрали из могилы, единственную. Ребро. Из тех, что на сердце.

Дальше я на соседскую лавочку сел, откашлялся и отплевался. Серёженька всё-таки головой подумал, сбегал к воротам кладбища и бутылку воды мне купил в ларьке. Вода специальной марки, на этикетке — нейтральная печать. Всякие люди тут похоронены, всякие их навещают. По сортам делить замучаешься.

Серёженька передо мной присел, в глаза снизу заглядывает, ровно пёс.

— Простите, пожалуйста, Коля.

Я опять забылся, не сориентировался. Бывает это со мной. Вы, если что, не стесняйтесь, гоните меня подальше.

Я волей-неволей рассмеялся.

— Ладно.

— Что вы увидели там? Что-то выяснили?

Я воду допил, урну глазами ищу. Серёга бутылку забрал, сбегал выкинул. Вернулся.

— Награды на месте, — говорю я ему, — похоже, что все. Даже золотая звезда.

Клирик рот разинул.

— Неужели Звезда Героя?

— Орден Славы первой степени. Выходит, майор войну рядовым начал...

— Как же иначе? — говорит клирик.

— Мы в мирное время военными не бываем.

«Мы», — думаю. Усмехаюсь. Хотя... что тут смешного? В каком-то смысле Серёженька с Иваном Петровичем родственники, пусть не по крови.

— А если бы воры за костями охотились, — объясняю, — то забрали бы весь скелет, всё, что смогли. Такие кости много дороже золота стоят. Но взяли только одну кость, мелкую.

— А правда важно, что мелкую?

Смотрит на меня Серёга внимательно.

— Нет. Ребро с сердца взяли. Силы в нём много.