Кодекс Арафской дуэли

я не знаю. Может быть, ты электричеством больше интересуешься, чем девушками...

— Девушками интересуюсь. И электричеством тоже. В карты играю. Могу при случае набить морду какому-нибудь любопытному графу.

— Попробовать набить, — поправил Кали, посмеиваясь.

— Я буду сразу по носу бить. Сам же говорил, нос у тебя слабый, — сказал Монтейн.

3

– Монтейн, нам пора!

Монтейн, не отрывая голову от подушки, простонал с закрытыми глазами: «Не-е-ет…»

– Пора, пора, – рассмеялся Кали и пошел прочь, насвистывая.

Монтейн зашевелился, чувствуя себя так, как будто его недавно били палками. 

Глаза, правда, открылись без труда.

Он лежал на кушетке, прикрытый махровой простыней. В ванной комнате графа Менкалинана. За окном был вечер. Слуга — как его, Нолл? — закрывал окно и опускал тяжелую бархатную портьеру.

В ванне, помнится, сидели они вдвоем c Кали. Монтейн больше помалкивал, прислушиваясь больше к своему измученному тренировкой телу, чем к беспечной болтовне Кали.

Потом Нолл принес прямо к ванне обед и отобрал у Кали бутылку с вином. Потом Монтейн задремал. Очнулся на минуту, когда Нолл вытаскивал его из ванны и оборачивал простыней, рухнул на кушетку и моментально отрубился.

— Ваша одежда, — сухо сообщил Нолл.

Монтейн перевел взгляд на соседнюю кушетку, где были аккуратно разложены его вещички. То, что надо, было постирано, то, что надо, было отглажено, а кое-что вообще было чужое.

— Рубашка не моя, — сказал Монтейн негромко.

— И галстук.

— Вы не можете день напролет ходить в одной рубашке, — ответил Нолл. — Тем более после тренировки. Я взял на себя смелость купить вам дюжину рубашек и половину отослал к Лейме. Ваш шкафчик семнадцатый. А галстук я выбросил. Это граф может ходить с тряпочкой на шее. Вам же надо заботиться о своем внешнем виде.

Монтейн встал и начал одеваться.

Рубашка была дорогой, дюжина таких рубашек пробивала солидную брешь в его бюджете, хотя на одежде он не экономил: серьезные люди с оборванцем играть не сядут. Однако все-таки он не герцогский сынок. Во всем должна быть мера.

— Мне не по карману одеваться так, как может одеваться граф, — сказал он. — Я еще не расплатился за этот сюртук, а он мне уже мал.