Город хороших господ

- Что не так, Катя? Что тебя тревожит?

- Я думала, ты сможешь мне рассказать про Хорошего Господина. Я снова его встретила, и не раз, но помню, что ты предупреждал, поэтому, может быть… может, ты всё же пояснишь мне подробнее?

- Поэтому ты пришла одна?

Мои пальцы вжались в охладевшую кружку.

- Без Рии?

И тут, буквально на секунду, мне показалось, что что-то не так. Я мало виделась с Двадцать, но тут у него на лице будто промелькнула злоба, хищная и неподдельная, которая бывает, если думать о заклятом враге, например.

Впрочем, мне показалось. Надеюсь. Потому что за секунду Двадцать стал вполне обыкновенным Двадцать: дружелюбным и улыбающимся.

- Да. Без Рии.

- Ну… Она занята.

- Конечно! - на этом моменте бармен взмахнул рукой, и добрая половина пряников посыпалась на пол.

Двадцать ойкнул, упал на колени и начал собирать сладости, совершенно нелепо и очаровательно причитая: “ну как же вы так, ну куда же”.

Я опустилась рядом. Пряники оказались мягкими и слегка тёплыми, да ещё и маленькими - в ладони у меня поместились сразу четыре штуки.

Мы оглядели пол.

- Всё. Кажется, всё.

Приняв исходную позицию, мы оглядели пряники на предмет ущерба.

- Знаешь, - я стряхнула пылинку со сладости, - Рия сказала бы, что мы не особо богатые, чтоб не верить в правило пяти секунд.

- Ну и славно.

Двадцать положил пряники на стол, отодвинув их чуть дальше от края.

- А что сказала бы ты?

- Э?

- Ну, заочное мнение Рии ты высказала, а твоё какое?

Я пожала плечами. Задумалась. Затем ещё разок, чтобы быть окончательно неуверенной.

- Будь у нас пряничный домик, конечно, упавшие можно было бы не есть, а так-то что?.. Я могу тебе доверять в том, что пол чистый?

Он покачал головой.

- Не можешь, я его не мыл.

Эх.

Колокольчик звякнул, но дверь, приоткрывшись, тут же захлопнулась, впустив в “Джомбу” холод и запах дождя. Двадцать это явление проигнорировал.

- Но я тебя услышал.

- Моё мнение по поводу пряников было таким важным?

- Твоё мнение по любому поводу важно.

Подхалим.

В пелене дождя завыла сирена, уносясь куда-то вдаль.

От масалы осталась только мелкая коричневая крошка да пена на дне чашки, а вот пряники и не думали кончаться, хотя Двадцать, кажется, не думал останавливаться и отправлял в рот угощение за угощением.

- Расскажи мне про Хорошего Господина, - повторила я.

Он отвлекся от изучения сахарной корочки.

- Зачем?

- Он...я уже не знаю. Он же всё время рядом со мной. Словно преследует. Вот у Рии такого нет.

Он подпер подбородок ладонью.