Зачистка

Вдалеке кажется бродила парочка, но это не точно. Мы были одни. Я и моя галлюцинация.

— Понятно, — хмыкнул черт, — Никто нас не слышит, успокойся. Все люди вокруг это просто фон, когда ты общаешься с одним из нас. Все что бы ты не делал. Этого никто не видит, если ты взаимодействуешь с нами. А если и заметят что-то, то мгновенно забудут. Это главное. Так сказать Первое правило Бойцовского Клуба. Никто не знает о Бойцовском Клубе.

— Хочешь узнать второе правило?

Я вздохнул. Достал он меня, надоедливый такой. Сидит трубку свою сосет и дым пускает, ничего ему не страшно.

Я ведь сказки и не любил никогда, откуда фантазии такие взялись?

— Ты правда, черт, — говорю, — Как из сказки?

— Сам ты сказка, — настоящий я. Нежить как нежить. Порожденный фантазией сотен людей сотни лет назад. И еще неплохо сохранился, как видишь. И еще сотни лет буду жить в отличие от этих ваших новоявленных...

Он даже рукой махнул. Расстроился что ли? Чего я такого сказал?

— Кого новоявленных? — не выдерживаю, — вы о ком?

— Да всех этих.

Однодневок. Появятся напугают максимум на десятку лет и все о них забывают. А меня помнят. Нас помнят. Зазимье оно зажигало в свое время, да. У нас счет на тысячелетия был, нас до сих пор боятся. Приукрашивают, преуменьшают, но помнят до сих пор. А кто вспомнит этих, доморощенных? Садуки? Самуки? Да как ее звать, вышибло.

— Слушайте, — говорю я и по сторонам все равно оглядываюсь, — чего вам всем надо в моей голове? Почему я? У меня в роду что ли психи были? Ну чего вы ко мне пристали? Можно я жить спокойно буду, как всегда, а?

— Да разве это жизнь? — махнул рукой черт и тут я заметил что-то у него в волосах с правой стороны, что-то твердое.

Неужели? — Скукота, а не жизнь. А сейчас у тебя такая движуха начнется, Индиана Джонс позавидует, отвечаю. Одна проблема — не сдохнуть. Ну и мир свой не подставить, вот так-то.

— Я не понимаю, — говорю, — вы можете на вопросы прямо отвечать? Прямой вопрос — прямой ответ, а? Или у вас галюнов так принято, голову людям больным морочить? Мне хватает, что я сижу вечером в парку и с воображаемым чертом разговоры веду.

Так и разговоры еще не пойми о чем.

Собеседник хохотнул и пузо трубкой почесал.

— Не. Черт так просто на блюдечке ничего не приносит. Вынь да положь ему всю информацию. У меня, конечно, есть приказ на твой счет и ослушаться я его не могу. Но и ты меня достал сегодня, серьезно. Спасаешь тебя сначала, а потом бегаешь за тобой по всему городу слово молвить просишь.