Салтычиха

В спальне стояло две железные кровати и небольшой стол, приспособленный для письма.

Конечно, мне было любопытно посмотреть на страшных дядей из областного управления. Но керосинка светила слабо, а в спину «дяде» свербели фары автомобиля, что делало его силуэт немного расплывчатым и даже сверхъестественным. Мне удалось лишь разглядеть, что одет он был в синие форменные брюки, гимнастерку и синюю фуражку с красным околышем. Гимнастерку подпоясывал широкий ремень с золотистой пряжкой, на ремне справа висела кобура с наганом, а слева планшет для документов.

Черты лица расплывались, глаз было не видно. На их месте горели два больших огня, отраженной в круглых очках  керосинки. Для меня это было очень сильное детское впечатление, которое я пронес через всю свою жизнь.

Отец вернулся через час. Он был взмокший и очень подавленный. «Гости» оставаться не пожелали, но от наспех собранных гостинцев не отказались. Потом был ужасный звук с силой закрывающейся дверцы и рев мотора, будто древний дракон яростно зарычал неподалеку.

Больше Салтычиху в нашей деревне никто не видел.

На следующий день отец рассказал матери, что Салтычиха жила с неисправными документами. Якобы благодаря тому, что в Гражданскую была сестрой милосердия и спасла жизнь одному начальнику. Но пару лет назад он был арестован как пособник врагов народа и предан народному суду на месте… О судьбе Салтычихи отец говорил уклончиво и лишь отвечал, что её отвезут в больницу.

Отец очень переживал этот случай, всё-таки это был первый воронок в его жизни.

Была ли это совесть или сострадание или же собственный глубоко спрятанный страх сказать было сложно. Но он изменился… Стал ещё более смурной и замкнутый в себе. Вопреки ожиданиям имущество Салтычихи не поделили и в дом никого не заселили.

***

С момента злополучного ареста прошел месяц. Посаженный Салтычихой огород пошел в рост. И однообразные дни сменяли друг друга. Пока однажды ранним утром мы не проснулись от страшного рева рвущихся на части небес. Большинство ещё спало в своих домах.

А потом земля задрожала под ногами. Когда мы выбежали на улицу, то самолетов уже было не видно. Некоторые в это утро никогда не встали со своих постелей… Больше половины домов была объята пламенем, на месте огородов зияли щербатые дыры. Мне стало так невероятно страшно.  

Первая мысль в моей голове, что это те самые «гости» решили стереть нашу деревню с лица земли, чтобы никто не узнал о Салтычихе. Но спустя время самолеты пошли на второй заход.