Маски зверя

 

И вот тут, на свободе, нас настиг вопрос: а куда бежать-то?

- А ты разве не видела, как тебя везли? – совсем по-мальчишески удивился Эрик. – И даже не знаешь, в какую сторону?

Я задумалась. 

- Одно помню точно: сначала мы ехали… 

Я снова замолчала, представляя себе город с точки зрения прогнозов синоптиков. Папа у нас давным-давно завёл блокнот для записей этих прогнозов, благодаря чему вся наша семья знала, что основной ветер в нашем городе – юго-западный, редко-редко сменяющийся северо-западным.

Что при южном в квартире холодней с нашей стороны – со стороны комнат моей и братьев. Что при западном – к гадалке не ходи! – обязательно будет болеть голова. 

- Мы ехали на запад. Точно, - оживилась я. – Солнце постоянно было сбоку. И светило с левой стороны. Значит, нам надо идти на восток.

- А как нам найти восток? – с интересом спросил мальчик.

Я посмотрела на него и улыбнулась.

- Эрик, сколько ты живёшь в этом доме?

- Почти месяц.

- Где встаёт солнце – знаешь?

- Знаю.

– Он немного покрутил головой и указал в нужную сторону.

- Так, план на первые часы вперёд, - деловито сказала я. – Мы идём на восток, то есть на восход, и, если появится возможность, попробуем найти человека, который нам поможет с мобильным телефоном. Номер братова мобильника я помню наизусть.

Эрик с сомнением посмотрел на дорогу, по которой мы пока правильно, в нужную сторону, как выяснилось, шли – то есть бежали, и вздохнул.

- Ты что?

- Есть хочется, - еле слышно прошептал он.

 

- Потерпи немного, - вздохнула я. – Может, повезёт – и найдём такое место, где не только можно перекусить, но и поспать.

Держась той же дороги, мы вышли на шоссе, которое затем превратилось в развилку, перед которой я встала в растерянности. Ну что делать, если я вовсе не помнила дороги! Провалы в памяти, подаренные мне гиеной Диром, отцом мальчика, не давали даже определить, как долго мы ехали.

- Там какие-то огни, - тихо сказал Эрик и зевнул.

– Может, пойдём туда?

- Пойдём, - решительно сказала я.

Через полчаса я несла спящего мальчика, обнявшего меня за шею: пришлось, поскольку он засыпал, спотыкаясь и падая от усталости. Шла злая, как черти, и постоянно прокручивала перед глазами, как мы встречаем какую-нибудь машину, чей водитель окажется добрым самаритянином и отвезёт нас если не в город, то к себе, в дом, где мы сумеем отоспаться… Какая же я счастливая – иногда думалось мне.