Орден Ночного Вторника

— Заседание Ордена Ночного Вторника объявляю открытым.Я села на свое место и налила себе кофе. Тем временем со своего кресла поднялась Фиона:— С вашего позволения, — она почему-то виновато улыбнулась. — Наверное, эту историю стоило бы рассказать пораньше, но как уж собралась... Я как-то говорила, что у моей подруги вытащили из сумочки фотоальбом. Это было неприятно и совершенно непонятно. Дело в том, что она довольно рассеяна и на улице часто «ловит ворон».

В сумочке было три отделения. Два открытых и одно на молнии. В том, что на молнии, лежал кошелек и фотоальбом. Кошелек остался на месте. Фотоальбом был украден.Фиона на мгновение замолчала. Вопросов пока никто не задавал. Было слышно, как тикают часы.— Первое письмо она получила пару месяцев назад. В нем была ксерокопия маминой фотографии. На лице черным маркером были нарисованы какие-то пятна, а внизу было подписано: «Кого старость не берет, того возьмет черная оспа». Надо сказать, что мама моей подруги действительно очень красивая женщина. Она работает преподавателем фламенко в одной танцевальной студии... Через три дня после получения этого письма с ее лица начала струпьями сползать кожа, а тело покрылось какими-то язвами. Врач сказал, что природа заболевания нервная. Пока мама подруги лежала в больнице, пришло следующее письмо. На этот раз неизвестный недоброжелатель отксерокопировал лицо ее двоюродной сестры. Черным же маркером были грубо нарисованы слезы, а подпись гласила: «Едва до дома ты дойдешь, к маньяку в руки попадешь». Прошло три дня... Да, опять именно три... Возле дома моей подруги ранним вечером на ее кузину напал какой-то отморозок. Он ее избил и изнасиловал. После этого случая, подруга решила, что пора обратиться в милицию. Вместе с сестрой они пришли писать заявление и просить защиты у наших органов правопорядка. Оба письма сдали как вещественные доказательства, над сестрой провели экспертизу, и все затихло. Тем временем пришло следующее письмо. С фотографией бывшего мужа моей подруги. На фотке он приветливо махал кому-то рукой. Эта самая поднятая вверх рука была отчеркнута все тем же черным маркером. И подписано: «Руку придется отдать в жертву холодному железу».