Орден Ночного Вторника

Неприятное лицо, надо сказать.— Неприятный тип, — озвучила я свою последнюю мысль.— Это все, что вы думаете об этом рисунке? — Марк пристально посмотрел мне в глаза. Я еще раз взглянула на бумажку.— Очень хороший и живой набросок. Я не знала, что Жаклин умеет так рисовать.— А она и не умеет. Во всяком случае, никогда не умела. До этого момента она даже домик нарисовать не могла.Неужели... Беззвучный колокол прямо-таки загрохотал в моей голове.

До этого еще можно было подумать, что они просто поругались из-за доски, но теперь...— Потом она долго крутилась перед зеркалом, сочиняя на голове какую-то умопомрачительную прическу, — продолжал он, отказавшись от предложенной сигареты. — А когда закончила, заявила, что Жан-Луи сказал, что так ей пойдет больше. В общем, не буду описывать все, что происходило, скажу только, что было оно под знаком этого французского цирюльника. Она упоминала его весь четверг, говорила, что он ей снится, переодевалась несколько раз. Постоянно бегая к своей доске. В пятницу, вернувшись с работы, я застал ее голой. Она спала, положив голову на эту проклятую доску, а в руке зажав пузатое сердце с дыркой. Понимаете, я почувствовал, что мне изменяют! Наверное, это глупо, ревновать к давно умершему человеку, но это именно так. В субботу она проснулась утром, потянулась ко мне, а когда открыла глаза, отпрянула с воплем: «Кто ты?!» Потом узнала меня, извинилась и снова погрузилась в свои фантазии, теперь уже совершенно меня не замечая. Мне стыдно рассказывать то, что она делала вчера. Я не выдержал и ушел к вечеру, переночевал у приятеля, а утром пришел к вам. Не знаю, что мне делать, может быть, вы сможете помочь?Я задумалась. Колокола замолчали. Неведомое обозначило свои границы, обнажило клыки и зазывно улыбнулось. Мне казалось, что я готова к встрече с ним, однако мысли мои крутились только вокруг одной фразы: «Этого не может быть!» Однако, это произошло, и главным доказательством этого был полузнакомый мужчина, явившийся ко мне в раннее воскресное утро и просящий о помощи.— Не знаю, — честно ответила я.